- А вы, уважаемый, решили, верное, задать нам перцу? – участливо спросил он. – Не то, чтобы я вас за это осуждал. А только брать надо качеством продукта, а не плутовством, запомните!
- Я – Мискус! Я тут самый богатый, самый умный, вам со мной не тягаться! – было начал духориться Мискус. – Я вам такое устрою, приезжие прохвосты! Ух какое! Да я…
Паулина пронзила его взглядом исподлобья и Мискус тут же притих.
- Должна предупредить, что многие считают Паулину всемогущей ведьмой, - подкинула дров в костёр его страха Нюша. – Самой могущественной из всех. Слыхал о Мажессе? Может быть, тебе не стоит её сердить. Просто на всякий случай…
- Д-да, - замляли Мискус. – Пожалуй…
- А если будешь строить козни, то отсохнет хвост, - как бы невзначай сказала Паулина. – Станешь бесхвостым прохвостом, ха-ха!
Господян Мяус отпустил Мискуса, которого посчитал достаточно проученным, а Паулину усадил за стол подкрепиться, как он сказал, настоящей едой. Близилось начало праздника, и первые гости уже занимали столики.
Ну а затем начались торжества. Было много игр, песен и плясок. А ещё много, очень много еды. Чтобы всем было тепло и еда не остывала быстро, развели большие костры. Пушок пел свои лучшие песенки, Нюша проводила конкурс живописи, Мурзик разыгрывал зимние сценки из своих спектаклей с участием всех желающих. Кучки котиков то и дело перебегали из колбасной лавки в «Лакомый кусочек» и обратно, порой задерживаясь по пути за столиками на площади, изо всех сил стараясь отведать как можно больше всевозможных восхитительных угощений. Дядюшка Василий водил экскурсии по дирижаблю, Мита давала мастер-класс по розыску любой еды по её запаху, Фиса сбивалась с лап всё везде снимая и записывая, и беря интервью. А Фырсий с господином Мяусом на все лады расхваливали свои заведения. Праздник удался на славу, Мискуса было не слышно и не видно, а колбасная лавка Фырсия снова обрела широкую славу, и даже большую, чем в прежние времена.
Глава 7
Следующим утром «Румяная курочка» уже снова бороздила небосвод. Погода была ясная и солнечная, и созерцать мир, распростёршийся внизу, было сплошным удовольствием. Паулина больше не скрывалась в ящике, однако же держалась обособленно. Но всё же она не отказывалась от беседы, если её кто-то с нею заводил.
- Мяу, Паулина, а как ты планировала помешать плохому хозяину? – поинтересовался Пушок, оказавшись с нею рядом.
- Это не трудно, - хмыкнула она. – Главное спрятать от него котят, которых он хочет прибрать к рукам.
- Должно быть, в том городке живёт немало котят, - задумался Пушок. – Разве всех их спрячешь?
- Ему не всякие котята нужны, а лишь особенные, - после некоторых сомнений взялась объяснить Паулина. – Ему подойдут лишь такие, как мы с Тихоном: чёрные, зеленоглазые. А с другими он не сможет общаться.
- А много ли таких котят в том городке? – спросил Пушок. – Хорошо бы это выяснить…
- Всего лишь двое, - ответила Паулина. – И я знаю, какие именно это котята. Но я прослежу за тем, чтобы они не достались плохому хозяину. Его ждёт сюрприз!
Паулина не стала объяснять, какой именно сюрприз она приготовила. Тем временем Царапкинск уже виднелся вдалеке, обступаемый лесистыми холмами. Было так холодно что те из путешественников, кто не мог похвастаться густой пушистой шерстью, надели вязаные свитеры.
Когда «Румяная курочка» приземлилась на лужайку позади одного из высоких холмов, дядюшка Василий остался присматривать за дирижаблем, а господин Мяус – за оскудевшими припасами еды, остальные воздухоплаватели снарядились в пешую экспедицию. Всё вокруг устилал глубокий снег, и оставалось порадоваться тому, что они запаслись лыжами в посёлке Фырсия, а у Пушка и без того с собой имелись его любимые походные лыжи. Только Нюша сказала, что не нуждается ни в каких палках, и запросто обскочит любого собственнолапно.
- Ауууууйиииии! – визжали Мита, с восторгом скатываясь с пригорка, но не справилась со скоростью и шлёпнулась в снег у его подножья. Мурзик же с Фисой катились кубарем вниз с самой его вершины.
- Вам не повредит подучиться, - сказал Пушок и принялся показывать друзьям тонкости лыжных прогулок. Вскоре все неплохо с этим освоились, разве что Мурзик немного отставал.