- Итак, как вы все прекрасно знаете, мне была доверена важная и крайне опасная миссия: проникнуть в зловещий дом, не угодив при этом в зубы огромной злющей собаки, и добыть ценные сведения. А ещё нужно было избежать неведомых страшных опасностей, которые могли меня подстерегать в этом логове прохвостов. Для всего этого потребовалось столько решительности, сколько я в себе даже не подозревал, друзья. Мои лапки сильно дрожали: от волнения ли, от страха - сам не знаю! А всё же я неуклонно подкрадывался к страшной обители, чтобы выведать её сокровенные тайны…
- Красиво пишешь, Тимка, - одобрил господин Мяус, приступивший к горке сочных колбасок, громоздившейся на только что поданном блюде. – Все хорошие истории должны быть долгими и звучными, чтобы все успели хорошо и с удовольствием покушать.
Подбодренный Тимка продолжил:
- Припасённые котлетки, сдобренные сильнодействующим снотворным веществом, заманчиво пахли в моей сумочке. Так и хотелось их скушать, а всё же я поборол этот соблазн и вскочил на забор. Тут, к своему ужасу, я увидел злющую собаку, сидящую прямиком под забором и глядевшую на меня оскалив клыки. Запах котлеток помешал мне учуять её заранее. Признаться, ну и струхнул же я! Даже было позабыл, зачем туда полез. Мой инстинкт настойчиво звал меня удирать со всех лап, но я не мог позволить себе отступиться, ведь дело касалось моего района.
- Ты смелый котик, Тимка, - немного напыщенно сказал Мурзик. – Уж я знаю, каково это - решиться встретить опасность, не унося лап. А раз я смелый, то значит, что ты тоже смелый. – Нюша выразительно фыркнула, а Тимка продолжил рассказ.
- Всё, что в тот момент пришло мне в голову, так это сказать: мяу, соседка, я тут тебе котлеток принёс, если не откажешься. Затем добавил, что очень хороши котлетки у моей хозяйки, и я бы, может, не делился ими, да она меня послала. Собака недоверчиво глядела на меня, но не залаяла. Я решил, что это хороший знак, и сбросил котлетки прямиком в её миску, а сам надолго отступил, чтобы она чего не заподозрила.
- Разумный ход, - одобрила Нюша. – Ты не потерял смекалки, несмотря на испуг. Молодец!
Тимка гордился собой всё больше. Столько похвал от этих, он верил, выдающихся котиков! А ведь он ещё не приступил к самому главному.
- Спустя время я рискнул снова подобраться к забору, заглянул в щёлочку и увидел, что злая собака крепко спит, а её миска пуста. Я даже помяукал чтобы убедиться, что она внезапно не проснётся. И всё же мне стоило больших переживаний пробежать мимо неё и приступить к попыткам проникнуть в дом. Вот тут-то стало ясно, что мы не очень-то подумали о том, как попасть внутрь, когда все окна и двери в доме закрыты!
- Мда, и отмычек у тебя не имелось, верно? Не все котики с собой их носят… Но всё же тебе как-то удалось справиться с этой трудной задачей, так ведь? – осведомился Кузьма, с почтением глядя на Тимко. Тот прочитал похвалу во взгляде товарища и даже замурчал.
- Здесь мне пришла на выручку старая печная труба, которая имеется у этого жуткого дома. Печку там уж давно не топят, но дымоход ещё сохранился. Я забрался на трубу, набрался храбрости и спрыгнул в тёмную неизвестность…
Раздался восхищённый возглас Фисы Хвостовой. Увлечённый своим рассказом, Тимка не заметил в какой момент она присоединилась к компании. Но он знал, что Фиса и Мита приглашены в тайное общество господина Мяуса, а потому продолжил свой рассказ, польщённый всё возрастающим вниманием. Фиса жадно записывала.
- Я летел во мраке и не знал, где окажусь. Уцелею ли я при падении? Смогу ли выбраться из мрачного колодца? Мне стало казаться, что я лечу так долго, что уж давно провалился сквозь землю и, наверное, окажусь в мышином царстве, что даже глубже чем самые глубокие кошачьи лазы.
- О, я слышала эту историю! – сказала подоспевшая Мита. - Мышки прорыли под землёй так много норок в поисках надёжного убежища, что те переплелись и получился большой подземный город. Мама говорила мне не зарываться слишком глубоко, чтобы мышки не забрали меня в своё логово!
- Да, мяу, мне тоже. Всем котятам так говорят, – подтвердил Тимка. - Но вот я всё же приземлился на лапы. Стал осматриваться и заметил слабые проблески света. Я удивился этому, ведь в доме свет не горел. Было ясно, что я нахожусь в старой печи, чем-то прикрытой снаружи за ненадобностью. Я стал толкаться в то место, где проникали лучики, и, к удивлению, сумел выбраться в комнату.
- Здорово, Тимка! – похвалил друга Пушок. – Вот это приключение!