- Первого я добыл в шестнадцать, - без тени похвальбы проговорил Рене. – Правда, тогда я был не один. Пластины с хнумьего панциря используются в изготовлении доспехов… Вряд ли ты видела, конечно, но мало ли. А с тем хнумом я не справился. Охоту завалил, сам чуть не сдох: раны были серьёзные, подлечили, конечно, но… На память об этом позоре осталось увечье, с которым не хотелось жить. Дома смотрели как на калеку, да так оно и было. Я ушёл сразу, как встал на ноги, начал жить отдельно, пытался смириться…время от времени проводил вечера в трактирах. Хотелось забыть и эту тварь, и все полетевшие в пекло планы и мечты… Такие увечья у нас случаются редко, их никто не умеет лечить, а я, болван, на что-то надеялся. Ходили слухи, что в мире существуют настолько сильные маги… Легковерный идиот.
- Почему? Ты нашёл такого целителя, обладающего немыслимой силой, но тебя обманули? И что это за увечье такое? Я не… не видела на тебе никаких ужасных шрамов, и руки-ноги, насколько могу судить, целые.
- Меня обещали свести с одним из них, - усмехнулся Рене с горечью. – В трактире подсел какой-то тип, представился… я был сильно пьян, не возражал против компании, слово за слово…
- А что взамен? – перебила я.
- Деньги. Такое лечение, длительное, тяжёлое, с применением магической силы, стоит дорого, очень дорого. Сложно, но не невозможно. Я был пьян, и мне пообещали решение проблемы. Исполнение мечты. Возвращение к нормальной жизни. Конечно, я согласился. Мы договорились о новой встрече, я должен был принести деньги…
- А их не было, - подсказала я, когда пауза затянулась.
Янтарноглазый сдул упавшую на лоб прядь. Было заметно, что каждое слово даётся ему большими усилиями, но продолжал.
- Были. Я принёс их в условленное место встречи. Блор, это тот человек из трактира, обещал проводить к целителю, ну и себе хотел процент – за участие и на дорожные расходы. Дома я никому ничего не сказал. Не хотел заранее, чтобы ни надежд напрасных, ни насмешек. Пришёл, как…ррох тупоголовый. Получил по голове, отключился. Очнулся – темно, тело ломит от неудобного положения. И никаких денег, разумеется.
- А тот тип?
- Типа не было. А я…потихонечку…осознал себя вот этим лупоглазым и в перьях.
Я обняла себя за плечи, потёрла ладонями сквозь плотную ткань.
- Рене, это звучит…
- Знаю. Сам бы не поверил.
- Ну…допустим, - примирительно начала я, хотя голова всё сильнее кружилась. – Что это за колдовство такое, запирающее человека в птице? Зачем? Что за причины? Этот…Блор, да? Он мог просто ограбить и скрыться! Но – вот это?! Ты сказал, восемь лет?!
- Если ты не соврала насчёт даты – получается, столько, - пожал плечами он.
Очень внимательно разглядывал пустую кружку, которую вертел в пальцах.
- Где тебя держали столько времени? Ты же удрал, да? То есть сыч? Я помню верёвку на лапах.
- Удрал при первой же возможности, - неприязненно скривился янтарноглазый. – Этого сыча продали страстному любителю птиц. Он держал у себя ушастую сову, филина, ворону и щеглов. Филин был ручной. Вороны с щеглами…периодически менялись.
- Где? – повторила я. – Что за коллекционер пернатых?
- Фитри. Гарео Фитри, владелец передвижного цирка.
- Что?!
- За шесть с лишним лет я объездил почти всю империю Роумстон, - с застывшей улыбкой продолжал Рене. – Не сам, конечно, преимущественно в корзинке, служившей… скажем так, домом.
Я потрясла головой, но услышанное никак не укладывалось там в нужном порядке. А Рене в это время попробовал подняться на ноги, и ему это удалось. Постоял с неуверенным выражением лица, сделал несколько шагов.
- Цирк, - потрясённо бормотала я. – Мне кажется, так и есть: всё это цирк и очень дурацкий розыгрыш!
- А я в человеческом облике плод твоей нездоровой фантазии, - подхватил мужчина, шагнул в мою сторону и протянул подрагивающую кисть. – Можешь ущипнуть.
- Воздержусь.
Ущипнула я себя, но длинное тощее тельце продолжало маячить перед глазами.
- Так… Пока ты не развеялся неправильной моей иллюзией, вопросы: о каком увечье речь? Как это всё прекратить-остановить-вернуть в исходное состояние? Где твой дом? Надо же понимать, куда тебя возвращать… и как, опять же! И кто всё это устроил? Что ты намерен делать дальше?
Человек-сыч невесело усмехнулся.
- Я жил в Альнарде.
Одновременно со словами этот тип…потянул с плеч халат, пока я, захлебнувшись очередным вопросом, пыталась переварить новые сведения. Альнард безумно далеко! В таком случае понятно, откуда акцент…и как он, собственно, учил имперский.
- Стоп, что ты делаешь, зачем?!
- Отвечаю на твой вопрос.