Говорила она серьёзно, даже с лёгким вызовом.
Может, в театре девушка даёт представления, а истинные способности демонстрирует лишь в исключительных случаях?
— Хорошо, — сказал я, вставая. — Договорились.
— Буду через четверть часа, — пообещала Деканская. — Постарайтесь не заскучать.
Скучать я и не думал. Зашёл в буфет, купил эклер с кремом и чашку кофе. Так что на улице, после того как я сдал бинокль и забрал цилиндр, пришлось ждать лишь пару минут.
Девушка вышла в сопровождении Жоржа. Тот был в коричневом костюме, в руке держал увесистую трость. Деканская же была в синем платье, шляпке с пером и лёгкой белой шали.
— Это Георгий Павлович, — представила своего спутника девушка. — Я без него как без рук. Мой антрепренёр, ассистент и помощник. Георгий Павлович, Андрей Ильич. Я вам говорила про него. Господин Мамонтов расследует несчастный случай на заводе Леопольда. Я обещала ему помочь.
Мы с Жоржем обменялись рукопожатиями. Затем он сунул два пальца в рот и пронзительно свистнул.
Тотчас один из экипажей, стоявших слева от входа в театр, тронулся с места и покатил к нам.
— Я живу на Каменноостровском, — предупредила, взглянув на меня, Деканская. — В доме Кельдаля.
В этот миг от чугунной тумбы, обклеенной афишами, отделился прилично одетый мужчина. Его рука вылетела из-за спины, и на нас оказался наставлен револьвер!
Деканская испуганно взвизгнула и схватила меня за локоть. Я быстро дёрнул её в сторону, одновременно пригибая к земле. Лучше вываляться в пыли, чем поймать пулю.
Грянул выстрел.
— Мерзавец! — дрожащим голосом крикнул Жорж. — Пошёл прочь! Полиция! Городовой! На помощь, убивают!
Я швырнул в стрелка цилиндр и, пока тот машинально уклонялся, выхватил револьвер.
Раздался ещё выстрел. Я едва успел оттолкнуть Деканскую в одну сторону, а сам — податься в другую. Пуля чиркнула по мостовой, выбив из булыжника искры.
Под визг Деканской я попытался взять нападавшего на прицел, но в эту секунду он решил не рисковать и рванул прочь.
Несмотря на горевшие у театра фонари, для прицельной стрельбы было темновато. К тому же, мне очень хотелось узнать, в чём дело. В частности — на кого из нас покушались.
— С вами всё в порядке⁈ — спросил я Деканскую, помогая ей подняться.
— Да! — она была бледна, губы нервно дрожали. — Он промахнулся! Кто это был⁈ Почему в нас… О, Жорж! Спасибо, — девушка оперлась на заботливо подхватившего её антрепренёра. — Куда же вы, Андрей Ильич⁈
Последний вопрос прилетел мне в спину, ибо я пустился в погоню за стрелявшим.
Он успел свернуть за угол и скрыться из виду, но я представлял направление, в котором он удирал. К тому же, мужику было на вид лет сорок пять, и я рассчитывал его догнать. В конце концов, вряд ли он каждый день на пробежки ходит.
Спустя несколько секунд я увидел улепётывавшую фигуру и припустил за ней. Выкладываться приходилось по полной: у нападавшего была немалая фора.
Тело мне досталось не то, чтобы очень тренированное, зато молодое. Сердце колотилось, но приступ не грозил. Я сокращал расстояние до стрелявшего.
Вдруг он обернулся, увидел меня и тут же свернул направо. Спустя метров двадцать я понял, что он нырнул в арку, и последовал за ним.
Из двора вёл только один выход. Туда я и устремился.
Ещё немного, и впереди снова показался убегавший. Было заметно, что он сдаёт. Расстояние между нами быстро сокращалось.
Мужик обернулся, вскинул руку и выстрелил.
Я пригнулся, стараясь на сбавлять скорости.
Три патрона он потратил, значит, осталось максимум столько же.
Нападавший свернул ещё в одну арку. Следовало быть осторожным: он мог остановиться, чтобы меня подкараулить.
Так что я притормозил и осторожно выглянул из-за угла.
Предосторожность оказалась напрасной: мужик как раз забирался в двухместную пролётку. Кучер хлестнул лошадей, и экипаж сорвался с места.
Проклятье!
Когда я выскочил на улицу, парочка была уже далеко.
Надо поймать извозчика и пуститься в погоню!
Я повернул голову в поисках экипажа и увидел, как в паре метров останавливается пролётка. Из неё выбрался мужчина лет тридцати. Протянул извозчику монетку.
Вот это удача!
Бросившись к экипажу, я поставил ногу на ступеньку и крикнул:
— Поезжай вперёд! Быстро! Полтинник дам!
Кучер смотрел на меня, никак не реагируя.
— Сударь, вы, кажется, не в себе! — с сильным французским акцентом проговорил только что вылезший из пролётки мужчина и взял меня за предплечье, словно собирался удержать.