Когда двуколка начала обгонять карету, я натянул вожжи с правой стороны. Упряжка послушно свернула, подрезая моих преследователей. Раздались громкие ругательства. А затем колёса кареты столкнулись с колёсами двуколки, послышался треск, и маленький экипаж накренился, опрокинулся и зарылся в землю, вышвырнув кучера и пассажира.
Отлично!
Повезло им, если не сломали шеи.
Стегнув лошадок вожжами, я помчался дальше.
Спустя несколько минут карета выехала на пересекавшую дорогу тракт. Тут надо было решать, в какую сторону сворачивать, так что я остановился.
Никаких указателей, понятное дело, не было.
Спустившись с козел, я осмотрел оставшиеся на земле следы колёс. По ним было ясно, откуда сворачивали к особняку де Барвиля экипажи. В том направлении я и поехал.
Через час показалась застава. Из-за позднего времени пришлось будить служивых, чтобы подняли шлагбаум. Сунув каждому по полтиннику за беспокойство, я проехал ещё несколько вёрст и, наконец, оказался в городе.
Остановив карету в двух кварталах от своего дома, прошёл остаток пути пешком и оказался в квартире.
Часы показывали половину четвёртого ночи. Скоро уже и на службу вставать. Времени на сон осталось совсем мало.
Тем не менее, первым делом я зарядил револьвер. Затем достал из кармана склянку с образцом «эликсира», добытого Верховенским из крови темпорального чудовища. Искушение выпить было велико, но я рассудил, что не знаю о возможных побочных эффектах снадобья. Маркиз уверял, что оно безопасно, но у меня на этот счёт имелись сомнения. Так что решил отложить. Тем более, что теперь, когда де Барвиль меня нашёл, можно было не опасаться, что меня обнаружат. В некотором смысле маркиз развязал мне руки. Ничто больше не мешало мне развивать дар, зашивая Разрывы. Хотя если есть ещё маги вроде него и Галактионова… Но об этом можно подумать позже. Сейчас же следовало спрятать эликсир.
От мысли положить пробирку в ящик стола или комода я отказался сразу. Ненадёжно.
Пораскинув мозгами, решил сделать тайник вроде того, которым пользовался покойный агент Окунев. Взял сверло потолще, подставил к межкомнатной двери табурет, забрался на него и проделал сверху в торце двери круглое вертикальное углубление — как раз такое, чтобы поместилась колба. Положил в тайник склянку, смёл с пола опилки и только тогда отправился в ванную.
Умывшись, завалился в кровать.
Мыслей в голове роилось множество. Но я отогнал их (будет ещё время мозгами пораскинуть) и провалился в сон.
Утром я привёл себя в порядок (бритьё опасным лезвием уже давалось мне относительно легко), надел мундир и отправился на место службы.
Начальства ещё не было, так что я заказал в архиве досье на маркиза де Барвиля и уселся в кабинете его изучать.
Среди общих сведений значилось, что француз состоит в тайном масонском обществе под названием «Полярная звезда». Официально его не существовало, точное количество членов было не известно, но имелась ссылка на другое досье, посвящённое данному братству. Маркиз числился в «Полярной звезде» магистром. Также было отмечено, что в политической деятельности ложа не замечена. Правда, внедрить агента в ряды членов не удалось: очень уж жёсткий проходили претенденты отбор.
Так или иначе, ничего нового из документов я не узнал. Кроме того, что у жандармского корпуса не было к ложи особых претензий. Видимо, после указа, запретившего официальные братства, считалось, что масоны опасности не представляют. Ну, занимаются люди саморазвитием. Играют в тайное общество, чтобы почувствовать себя значительней. Что тут такого? Если сам царь — формально до сих пор масон.
Когда явился подполковник Огарёв, я сразу отправился к нему.
Про похищение, ясное дело, рассказывать не стал. А покушение на Деканскую описал во всех подробностях. Начальник слушал, попивая утренний кофе.
— Так вы полагаете, её пытались убить, чтобы не дать поговорить с душами погибших при пожаре? — спросил подполковник, когда я закончил.
— Допускаю такую возможность.
— Но вы сказали, что она обычная шарлатанка.
— Тот, кто пытался её устранить, вероятно, считает иначе.
— Хм… Да, это нельзя исключать. Что же вы предлагаете?
— Во-первых, поговорить с Деканской. Если она настоящий медиум, это может нам помочь. Во-вторых, организовать прослушивание телефонных разговоров Райхенбаха.
— Да-да, помню про эту вашу идею. Скоро из Охранного придут насчёт этого. Вы уж с ними сами, Андрей Ильич. Я в телефонах не разбираюсь. Кстати, а почему вы не поговорили с Деканской вчера после того, как прогнали пытавшегося её убить? Жаль, кстати, что догнать не получилось. Тут и узнали бы, кто послал.