Читать онлайн "Полёт:Воспоминания." автора Механиков Леонид Петрович - RuLit - Страница 47

 
...
 
     



Выбрать главу
Загрузка...

Обследовав полигон зенитных ракетных войск противовоздушной обороны близ Сары-Шагана, американский самолёт-разведчик U-2 взял курс в направлении ракетного полигона Тюра-Там (космодрома Байконур). К тому времени огромный куст советской ПВО был приведён в высшую степень боеготовности. К перехвату готовились и воины-уральцы, что сыграли главную скрипку 1 мая, но и 9 апреля они вступили в боевую работу.

Рассказывает бывший военный лётчик Борис Айвазян, служивший на Урале в одной из авиационных частей: «Вспоминаю то время, и холодок - по коже... Напряжённо было у нас в конце пятидесятых, да и в шестидесятом не легче.

Почти каждодневно боевая тревога. Беспокойство доставляли американские самолёты, которые нарушали нашу границу на юге.

Плюс к тому - по струйным течениям запускались воздушные шары с разведаппаратурой. На перехват нас начали посылать в 1959-м, когда появился МиГ-19. Правда, лётчики ещё не обладали достаточным опытом для этого. Помню, такой случай был.Объявили тревогу, бежим к самолётам. А в этот момент слышу, что командир полка - отличный фронтовой лётчик полковник Борецкий,  можно сказать, на бегу доучивает моего ведомого старшего лейтенанта Игоря Шишелова: «Ты сразу не стреляй, подойди вплотную до метров ста, тогда и пали». Чуть позже к нашему обучению подключился замкомполка Герой Советского Союза Александр Вильямсон. Подбегает ко мне, я уже в машине сидел, и выдал такое, что и сейчас смешно вспомнить: «Ты знаешь, как пушки включаются?» Отвечаю, что, мол, примерно знаю. А Вильямсон, как ни в чём не бывало: «Не теряйся, если сразу старт не дадут, то подучим инструкцию, сейчас её принесут, я распорядился...» Такая напряжённая обстановка... Мы постоянно находились на аэродроме, в высотно-компенсирующих костюмах, в костюмах, в готовности немедленно взлететь. Особенно доставалось нам с капитаном Геннадием Гусевым, как наиболее опытным. Мы с ним только двое из полка в совершенстве освоили МиГ19. Но получилось так, что 9 апреля, когда самолёт - шпион галсировал над наисекретнейшими объектами, мне вылететь не пришлось. По самой простой причине, - я проводил политинформацию. Первыми на аэродроме оказались капитан Геннадий Гусев и старший лейтенант Владимир Карчевский. Командир полка (им стал полковник Александр Вильямсон) приказал лететь ведомым Карчевскому. Тактика наших действий тогда была такая - вылететь со своего аэродрома, сесть под Свердловском и заправиться там, затем бросок под Орск, опять заправка горючим и оттуда - на перехват цели. Пара подходила к Свердловску, когда у Володи что-то стряслось с самолётом. Гусев потом рассказывал, что самолёт Карчевского внезапно потерял скорость и начал валиться на крыло, двигатель, казалось, срезало... Володя катапультировался уже тогда, когда машина начала колёсами чесать по льду. Понятно, парашют не раскрылся и он разбился...» Прервём здесь рассказ Бориса Айвазяна и отметим: советский пилот Владимир Карчевский первая жертва с советской стороны в противоборстве с самолётом-»призраком» U-2, но не последняя.

 «Гусев приземлился в аэропорту Кольцова, - продолжает рассказ Айвазян, - готовился к полёту на Орск, но команду так и не дали. Видимо, нарушитель уже ушёл... Потом создали комиссию для расследования катастрофы. Точного заключения, насколько мне известно, выработано не было. А версии такие - отказал двигатель или закончилось горючее. Правда, московская «команда» пыталась доказать, что лётчик не был подготовлен к полёту и поэтому погиб. Я считаю виновником гибели Володи Карчевского «холодную войну». Оставим временно без внимания лётчика-истребителя  Бориса Айвазяна и отметим, что если для воинов-уральцев в какой-то мере полёт U-2 был неожиданным, то «южане» уже следили за самолётом-шпионом к тому времени уже около 5 часов.

Вспоминает генерал-лейтенант в отставке Аркадий Ковачевич - в апреле 1960 года начальник штаба воздушной армии, дислоцировавшейся в Средней Азии: «Получилось, что боевой работой частей по пресечению полёта U-2 руководили расчёты двух командных пунктов - отдельного корпуса ПВО и наш - воздушной армии. Так вот когда «невидимка» приблизился к ТюраТаму, то я понял, что ракетный полигон - последняя его точка. Больше таких важных объектов поблизости нет. После Тюра-Тама он, видимо, пойдёт строго на юг. Так и оказалось. Впрочем, ошибиться было трудно, анализ показывал: лётчик выполнял тщательно спланированную операцию по разведке наших сверхсекретных объектов. Пока U-2 галсировал над полигоном, привожу в повышенную готовность истребительный полк, самолёты которого могли достать маршрут Тюра-Там - Мары. По нему должен был уходить, по нашим расчётам, иностранный разведчик, это самый кратчайший путь до южной границы. Полк был на самолётах Су-9 - высотных истребителях. Жаль только одного, не могли мы их тогда умело использовать...» Из материалов расследования факта нарушения Государственной границы СССР: «Самолёты Су-9, обладающие более высокими боевыми качествами для перехвата целей на больших высотах и скоростях, были использованы совершенно неудовлетворительно. Лётчик, старший лейтенант Куделя, из-за плохой организации взаимодействия между командными пунктами истребительной дивизии на цель не наводился. Капитан Дорошенко оказался недостаточно подготовленным к полётам на больших скоростях и высотах на этом типе самолёта. Майор Погорелов был поднят и выведен в зону на случай пролёта нарушителя западнее Карши, но на цель не наводился. Два экипажа на Су-9 из состава Бакинского округа ПВО прибыли в район Мары с большим опозданием, когда иностранный самолёт был уже за государственной границей.

     

 

2011 - 2018