— Стоп, — прервал я его, — а то не хватало ещё, чтобы ты вошёл в бесконечный цикл.
— У меня стоит система защиты на подобный случай. Стыдно этого не знать: больше тысячи раз подряд не повторяюсь.
Я непроизвольно закрыл лицо рукой и тяжело вздохнул. Ястреб на всю свою схожесть с человеком оставался-таки машиной и последнее словосочетание крыло в себе неявное тому подтверждение. Комично, наверное, всё это выглядело со стороны, но, к счастью, никто не обратил внимания на нашу короткую перекличку с искином — зал просто взорвался предложениями.
— Он хочет, чтобы мы к нему подлетели, — настаивал Белоусов.
— Мы уже пробовали!
— Он же передумал. Он заговорил с нами!
— Скорее всего, он собирал информацию, а теперь, обработав её, выдал результат, — сказал мой коллега с «Непобедимого».
— Насколько это возможно? — спросил у меня Вязов.
— Вполне допускаю такую мысль, — согласился я. Безумно хотелось уже начать действовать, а не сидеть в разведчике.
— Всё-таки сделаем вторую попытку? — спросил Ренор. — Капитан?
— Я не против, — поддержал Фаррел.
— И я буду участвовать! — твёрдо ответил Белоусов.
— Я тоже! — вырвалось из меня. И не знаю, что послужило тому причиной: безудержное любопытство или бортинженер у меня за спиной.
— Зачем? — спросил меня Ренор, а потом сам себе ответил. — В принципе, это может быть полезным.
— Это же искусственный интеллект, — кивнул ему я.
— У тебя есть опыт выхода в открытый космос?
— Да, — самым бессовестным образом соврал я, за что мне тут же стало стыдно, хотя сделал это скорее автоматически, нежели обдуманно.
— Решено, — подвёл итог капитан. На этот раз он был немногословен. Голографическое изображение передавало его напряжение. — Александр Николаевич, Геннадий Алексеевич, вы берёте на себя ответственность за возможные последствия?
Повисло молчание. Отказываться никто не хотел, но и лишний раз брать на себя ответственность тоже. Тем не менее, все услышали то, что и ожидали: Радненко и Белоусов взяли ответственность на себя, а я же оказался в уникальном положении, граничащим с туристическим.
— Давайте начнём немедленно, — произнёс Белоусов.
— Нужно будет сблизить наши боты, — донёсся голос Северина. — Готовьтесь к выходу…
Пока корабли совершали манёвр сближения и шли к одной точке, мне предстояло облачиться в скафандр. Задание не столь простое, как кажется на первый взгляд. Да, раньше вообще нельзя было обойтись без посторонней помощи, и хотя сейчас, конечно, технологии ушли далеко вперёд, я не стал строить из себя чемпиона по полётам в безвоздушном пространстве и не отказываться от предложенной капитаном помощи.
Я и Северин спустились вниз и остановились около шлюза, где нас принял Манулов.
— Руслан, — обратился к нему капитан, — дай оболочку Мирослава. Должно подойти по размеру.
Пока бортинженер открывал контейнер, в котором хранился скафандр пилота, мне подумалось спросить о причине вечной хмурости техника, но я промолчал, посчитав, что излишне много думаю об этом: все мы разные и у всех свои странности. Кто знает, может он лицом к лицу встречался с каргонцами. Тогда такое поведение неудивительно. Я мысленно вздохнул, подумав о бессмысленности нашего противостояния с Каргоном…
— Связь будете держать через стандартные устройства, — отвлёк меня от размышлений голос капитана. — Когда наденешь, проверим.
Манулов тем временем выложил скафандр. По размеру он мне подошёл идеально и весил относительно немного, всего около десяти килограмм. Когда перед лицом захлопнулось забрало, Северин постучал пальцем по его стеклу.
— Удобно?
— Вполне, — ответил я. Голоса извне звучали слегка приглушённо. Это почему-то меня позабавило.
— Глаз, включай связь.
— Выполнено, — ответил искин. — Проверка скафандра завершена. Функциональность подтверждена.
— Как меня слышно? — услышал я капитана одновременно из двух точек.
— Работает.
Северин и Манулов ещё раз проверили герметичность, после чего прочитали мне короткую лекцию на тему как пользоваться скафандром. Я жадно слушал их, впитывая каждое слово. В принципе, всей аппаратурой управлял искин «Глаза». Моя задача сводилась к заданию приоритетов и управлении двумя реактивными двигателями, закреплёнными на спине — для этого имелось два джойстика, выступающих на «подлокотниках». Выхлоп, как мне пояснили, они давали слабый, что сказывалось на тяге, но оно и понятно: не ставить же на скафандр двигатели от истребителей. После того, как я повторил всё слово в слово, капитан сказал: