— Если честно, не очень. Речь идёт о каком-то артефакте, технологии?
— Артефакте. Разрешите? — Радненко достал информационный кристалл и вставил его в порт. — Там только одна запись.
— Ястреб, прочитай, — приказал капитан.
Перед всеми развернулась голограмма, отображающая сферу. В центре виднелась небольшая точка — очевидно, это был «Зоркий». Затем что-то очень быстрое обогнуло корвет и исчезло.
— Неизвестный объект двигался со скоростью, превышающую световую в миллионы раз, без всякой гравитационной волны. Причём заметьте: в обычном пространстве. Наша физика восстаёт против этого!
— Иной принцип движения? — догадался Вязов
— Да.
— И что это за объект?
— Не поверите, это наш шарик, — усмехнулся Радненко.
Возникшая тишина была абсолютной.
— Во время боевых действий в сектор RJ-43-31 неоднократно посылались разведчики, пока не была обнаружена эта система. Дальше вы понимаете, что случилось. Мы добились перемирия, каргонцы согласились потерпеть нас в этой системе. Думаю, они не ожидали, что мы найдём на этой планете что-либо стоящее. Абсолютно были уверены, что выиграют время, чтобы найти этот артефакт. Почему, не знаю, могу только догадываться, но невероятно повезло.
— Значит поиск внедрившегося террориста не имеет к вам никакого отношения… И вы не придумали ничего лучше, как направить сюда нас с военным сопровождением, прекрасно зная, что за этим последует? — спросил капитан. Я сидел в нескольких метрах от него и прекрасно чувствовал напряжение. Да что там говорить, нас всех использовали в тёмную. Как так можно?! Я не понимал. Попахивало чем-то мерзким и скользким…
— Мы предположили, что, если мы что-нибудь найдём на этой планете, то Каргон обязательно уничтожит «Звёздный Ястреб». Мы не могли этого допустить.
У меня уже голова шла кругом…
— То есть вы готовы возобновить войну из-за найденного здесь артефакта? — ровным голосом спросил Фаррел. Как только ему хватило самообладания? Я бы так не смог.
— Господин Фаррел, суть нашёго конфликта уходит далеко, гораздо глубже, чем вы себе представляете. Война началась из-за этого артефакта. Сейчас перемирие, но ненадолго.
— А если бы каргонцы нашли первыми артефакт?
— Мы бы поступили так же, как и они сейчас, — признался Радненко. — Капитан, вопрос стоит о выживании нас как вида. Это выше всяких принципов. Война продолжится в любом случае. Вы понимаете?
— Да. Продолжайте…
Щёлкнули чьи-то кости. Я повернулся на звук: Вязов от напряжения ломал себе пальцы. Выглядел он ужасно: весь серый, бледный, как сама смерть. Я уж подумал, не вызвать ли Ольгу. Как бы Евгений Александрович в обморок не упал.
— Стоит вопрос о том, чья будет в дальнейшем галактика, — продолжал Радненко. — Мы — две цивилизации, находящиеся на одном уровне развития, со схожими принципами, мы близки по расстоянию, в конце концов. Это неразрешимая загадка: как мы, две настолько близкие при всех различиях цивилизации, могли возникнуть по космическим меркам практически в одном месте, практически одновременно? — он остановился и оглядел всех присутствующих, словно желая убедиться, что каждый услышал его слова. — Технологии древней цивилизации поднимут либо их, либо нас на ступень выше, оставив второго далеко позади. Это скачок, который позволит прыгнуть на сотни, а может, и на тысячи лет вперёд. Слабый будет мгновенно поглощён и видоизменён другим. Каргон это прекрасно понимал, потому пытался скрыть от нас свою находку. Становится вопрос: кем же мы будем в итоге? Людьми, каргонцами?
— И этот вопрос каргонцы решили путём уничтожения корвета и объявления войны?
— Думаю, изначально они хотели уничтожить только корвет, но когда вся правда раскрылась, иного выхода у них попросту не было. Они направили всю энергию в иное русло. План работает.
— Вы ручаетесь за свои слова, господин Радненко? — спросил капитан.
— Я сказал, что знаю: мы должны показать, что битва за галактику пойдёт до конца, что человеческая раса имеет право оставаться человеческой, а не превращаться в химеру!