себе. В его объятиях я чувствую себя в безопасности; совершенно ясно: то, что мы делаем, находится под запретом.
Последние две ночи я думала о том, как отдала ему свою девственность. Мне даже
пришлось принять душ, чтобы отвлечься от собственных фантазий. Но я все равно не
смогла лишить себя возможности еще раз провести пальцами по своему обнаженному
телу, вспоминая каждое прикосновение, каждое слово, каждое ощущение, которое
испытала от близости его тела … на мне, во мне. Те моменты были слишком идеальными, чтобы быть правдой; они словно были предначертаны звездами. Мои мечты воплотились
в реальность. Интересно, что я такого сделала, чтобы заслужить это великодушие со
стороны фортуны?
Мое сердце забилось сильнее, Шон обнял меня еще крепче. Я глубоко вдыхаю, испытывая трепет от его собственного аромата. Он пахнет мужчиной. Не притворяется
парнем, который просто пользуется дорогим одеколоном. Нет, ему нечего скрывать.
– Детка, – говорит он мне, его пальцы играют с моими волосами, – я не переставал
думать о тебе последние два дня.
– Это хорошо, потому что я уже испугалась, когда не увидела тебя вчера днем и
прошлой ночью … Я задавалась вопросом: видел ли ты мое свидание с Джошем, и
опасалась, что ты разочаровался во мне после увиденного. – Шон покачал головой и
ласково провел ладонью по моей щеке, как бы успокаивая: – Малышка, я не
сумасшедший, и я горжусь тобой за то, что ты делаешь. Горжусь тем, что у нас есть.
Возможно, мы всего лишь разделили один украденный момент, но я чувствую, что мы
предназначены для большего, чем все это.
Я облегченно выдыхаю: страхи, сидевшие в голове и терзавшие меня, рассеиваются.
Я пребывала в ужасе от мысли, что Шон может не воспринимать всерьез мои чувства к
нему.
В свою очередь рассказываю Шону о том, как за одиннадцать дней мне осточертели
все девушки (ну, разве что за исключением Жасмин), непрерывно наблюдавшие за
развитием «отношений» между мной и Джошем. Так что выходит, это было моим
выбором – ввязаться во все это, следовательно, мне и отвечать за последствия. К счастью, моя соседка, судя по всему, хочет переспать с виновником торжества, но я не сужу ее.
Ведь я сама в итоге оказалась в постели с мужчиной, которого знала только благодаря
телешоу. К тому же я рада, что она вожделеет Джоша, так как это поможет отвлечь его от
меня на некоторое время.
– Я не горжусь тем, что солгала ему, но все равно, он остается подонком. Хотя даже
теперь, играя в одиночку, я чувствую себя просто отвратительно.
– Вчера я пересмотрел контракт, – говорит Шон, – если ты решишь покинуть шоу и
твой выбор не будет одобрен продюсером, они могут оштрафовать тебя на миллион
долларов.
– Но это же безумие, – отвечаю я, вспоминая, как читала его с Джессой и Крисом в
нашей квартире. – Я рассчитывала нанять адвоката, чтобы он проверил контракт на
наличие ловушек, но ни у кого из моих друзей не оказалось достаточно денег чтобы
оплатить его услуг. У меня возникало чувство, словно я подписываю себе приговор.
– Я могу заплатить штраф, если ты захочешь уйти.
– Я не могу позволить, чтобы ты потратил на меня миллион долларов, Шон, – я
покачала головой, – это безумие. Ты знаешь меня всего несколько дней.
– Это больше, чем несколько дней, Хей. Такое ощущение, будто я всегда тебя знал.
Один взгляд, и я понял, что мы должны быть вместе.
– Я тоже это чувствую, – слезы заблестели в моих глазах.
– Тогда позволь мне заплатить этот штраф.
– Нет, – категорично отвечаю ему, – я не могу начать наши отношения таким
образом. Миллион долларов может …
Шон кивает в ответ. Тягостное молчание уничтожило сексуальное напряжение, висевшее между нами всего несколько минут назад.
– Он может быть потрачен на организацию свадьбы. В таком случае, дай нам шанс
построить семью. Если я потеряю работу, понадобятся деньги на жизнь. Я начну все
сначала.
Мои глаза расширились: – Ты не потеряешь работу, если я просто уйду.
– Ты думаешь, люди не начнут выяснять, откуда у тебя взялся чек на такую
огромную сумму? Эти поиски коснутся и меня. Если мы будем жить вместе … тогда я не
смогу иметь обеих, Хей.
– Я не хочу, чтобы ты все отдал ради меня.
– Я хочу заботиться о тебе.
Его слова утешают мое и без того измученное сердце. Поднимаю подбородок,
предлагая ему свои губы. Понимая, что дам все, в чем он нуждается.
– Кажется, ты говорил, что думал обо мне сегодня? – игриво интересуюсь, пытаясь