— Мне было очень жаль услышать о сестре лорда Фурье. Когда она умерла?
— Это было около двух лет назад, и… и… — девушка по имени Джун вытерла навернувшиеся слёзы, прежде чем почти сердито добавить. — Мы не говорим о смерти леди Луизы. Вам лучше спросить про это у Его Светлости.
Клэр было любопытно, почему никто их слуг не поднимает тему смерти Луизы, но она не стала настаивать на ответах. Возможно, они и не знали всех обстоятельств происшествия. Хотя ей было очень интересно, почему же лис ждал так долго, чтобы бросить вызов её брату, если Луиза умерла почти два года назад.
Филисия была вполне удовлетворена поданной им едой, похвалила их стряпню и продолжила разговор в непринуждённой манере.
Повариха первой изменила своё отношение к Клэр, по крайней мере, она перестала вести себя чопорно и формально. Женщина чувствовала себя более уверенно в общении со знатью, чем остальной обслуживающий персонал поместья. Она, кажется, осталась довольна похвалой от Клэр, которую та высказала в адрес картофельной запеканки с мясом. Марта была матерью Бертрама и тётушкой молодой девушки Джун. После того, как Марта стала вести себя с ними непринуждённо, Клэр поняла, от кого из родителей Бертрам получил свой весёлый и добродушный характер.
Перед тем как Клэр и Филисия вышли из кухни, Марта сказала своей племяннице:
— Иди и сообщи Его Светлости, что я кормлю его детей.
Сконфузившись, Джун ответила:
— Но у него нет детей.
— Однажды будут. Он всё поймёт. Просто иди и скажи ему.
Клэр спрятала довольную улыбку. Повариха могла бы держать в секрете то, что она хорошо их накормила и продолжит это делать, но женщина явно не боялась лиса и его праведного гнева. Она, кажется, уже и Филисии не боялась.
Когда они вернулись наверх после ленча, то увидели Бертрама, всё ещё стоявшего рядом с входной дверью в покои лорда Фурье. Заметив их, он проворчал:
— Кажется, я вывел его из себя. Он не позволяет мне зайти. Но сейчас, когда Вы здесь, то можете помочь мне. Отвлеките его, чтобы он снова не выгнал меня пинками.
— Так он не спит? — поинтересовалась Филисия.
— Думаю нет. Он слишком упрям, чтобы внять просьбам и действительно отдохнуть. Чёрта с два этого болвана удержишь в постели. Ох, прошу прощения, дамы, но это действительно нелёгкая задача.
Поскольку ни Бертрам ни Филисия не проявили желания открыть дверь и проверить, спит ли Ренард, то Клэр взяла ситуацию в свои руки и вошла в комнату.
— А она храбрая? — услышала девушка шёпот Бертрама за своей спиной.
Было очень тревожно узнать, что даже друг Ренарда временами опасается его. Когда она взглянула в сторону, где располагалась его кровать, то увидела, что лис не спит. Он метнул на неё свой взгляд. Глаза злобно сузились. Но девушка по-прежнему вела за собой небольшую группу прямо к кровати.
— Моя компаньонка, — деловито представила её Клэр. — Филисия Велльен.
— Потребовалось так много времени, чтобы убедить её? — спросил Ренард у Клэр.
Она только сейчас поняла, что дав разрешение привести сюда Филисию, он ожидал, что они вернуться незамедлительно. Клэр решила взять всю вину на себя, сказав:
— Нет. Я просто хотела немного перекусить.
— Так вы заставили меня ждать из-за такой мелочи? — угрюмо потребовал он.
Филисия хмыкнула и когда она начала говорить, её тон не был успокаивающим или примирительным:
— Ничего подобного она не делала. Для того чтобы убедить меня действительно потребовалось так много времени. И я до сих пор не уверена. Однако, с Вашего позволения, я взгляну на Вашу рану.
Его огорошили двумя отговорками, и обе они указывали на то, что виконт женщинам абсолютно не нравится. Ренард не сказал ни слова, лишь слегка кивнул головой. Клэр подозревала, что его раздражает эта ситуация, когда приходится отдаться на милость своих врагов. Он, должно быть, чувствует себя так же скверно, как выглядит, раз уж согласился на подобную помощь. Возможно, он на самом деле думал, что есть опасность лишиться ноги, а их помощь была всё же лучше, чем ничего.