Её щёки снова окрасились румянцем:
— Глупости, — возразила она. — Мы с Лисом— большие друзья.
Так как он не мог видеть, что она делает за его спиной, Клэр достала из кармана морковку и протянула её коту. Он взял её в зубы и, перепрыгнув на другую сторону кровати, принялся с хрустом уплетать её за обе щеки.
Она улыбнулась, а Ренард спросил:
— Что он жуёт? Если он раздобыл ещё один мой ботинок, клянусь…
— Это просто морковка. Ты не знал, что он их любит?
— Так вот как ты с ним подружилась.
— Нет, я только сейчас об этом узнала.
— И почему это у тебя в кармане была морковка? Для лошади? Ты не станешь больше ездить верхом одна. В будущем всегда бери с собой сопровождающего.
— Безусловно. Я не собираюсь…
Она замолчала, когда услышала, как открывается дверь. В комнату вошли двое слуг, несущих вёдра с водой. Она бросила мокрую тряпку прямо на спину Ренарда, прежде чем соскочила с кровати и быстрым шагом направилась к двери.
— Не намочи рану, когда будешь принимать ванну, которую ты заказал , — прошипела она на пути к выходу.
Она услышала позади себя смех. Он всё-таки умеет смеяться!
Какая подлость. Он был просто невероятно мерзким.
Глава 19
Клэр решила больше не встречаться в тот день с Ренардом и просто пересидеть этот день в своей комнате, поэтому она пообедала, не спускаясь вниз. Судя по звукам ходьбы, доносящимся из его комнаты, она сделала вывод, что он не собирается следовать её совету и не напрягать больную ногу. Она думала, что он хотя бы сегодня побережет свою рану, после поездки вчера вечером и сегодня утром, но, очевидно, он не собирался этого делать. Позже она даже слышала его голос в коридоре, когда он говорил Бертраму, что идет в конюшню, чтобы проверить некоторых своих призовых лошадей.
Ее побег из дома был недолгим. И хотя у неё и был соблазн избегать Ренарда и его мерзкую тактику «отпугивания», она понимала, что, не общаясь, они никогда не решат свои проблемы. Хотя лично у нее не было с ним никаких проблем, кроме его желания прогнать ее. Закончится ли это после их свадьбы? Или же его гнусное поведение неискоренимо? Тем не менее, она не собиралась следовать за ним по всему поместью, как преданная собачонка. Ей нужна веская причина, чтобы с ним встретиться и проводить время вместе. Сейчас у нее не было предлога, чтобы заходить в его комнату. Почему, черт побери, его рана зажила так быстро?
Филисия присоединилась к ней в ее комнате на ленч, захватив с собой достаточно еды для них двоих.
— Он еще не влюбился в тебя, после ночи, которую вы провели вместе? — спросила горничная еще до того, как поставила поднос на столик. Клэр села на кушетку, признаваясь:
— Он поцеловал меня несколько раз, но у него был просто потрясающий повод для этого.
— Повод?
Клэр фыркнула:
— Он слышал, как ночью наши лошади спаривались друг с другом. Это, видимо, разожгло его собственное желание.
— И ты не воспользовалась этим?
— Я попыталась, — пробормотала Клэр, потом проворчала. — Но он остановился, заявив, что я никогда не покину его поместье, если он займется со мной любовью.
Филисия рассмеялась, получив в ответ свирепый взгляд от Клэр. Пытаясь прогнать прочь своё веселье, горничная заметила:
— Это была наглая ложь, и ты должна была догадаться об этом.
— Тогда какова была реальная причина? Я была готова, и он это видел.
— Возможно, твой волк более галантен, чем пытается показать, и он просто не хотел, чтобы твое посвящение во все тайные прелести супружеской жизни произошло не в мягкой постели. И так как он все еще надеется, что ты уедешь домой, он не признается в этом, не так ли?
— Может быть, — Клэр вспомнила свои собственные мысли прошлой ночью, и то, как галантно было с его стороны попытаться укрыть ее собой от ветра.
— Так что теперь он достаточно здоров, чтобы ехать сквозь шторм и обратно ради тебя, а это потрясающий, героический…
— Не нужно приписывать ему мотивы, которых у него не было. У него был личный интерес, заставивший его искать меня, и больше ничего.