— Я не думаю, что подобное вообще возможно. У него есть небольшой корабль, который он швартует в Руан. На нем мы доберемся до его матери гораздо быстрее, чем в карете. К тому же, я никогда раньше не каталась на лодке. Это может быть интересно.
— Особенно, когда она не движется. Паруснику, чтобы плыть, необходима одна конкретная вещь — попутный ветер, который может и не подуть сегодня.
Да, это правда. Но Ренард, казалось, не думал, что это остановит их. В противном случае, он сказал бы, что они поедут верхом.
— Учитывая то, как быстро лодки могут передвигаться, не думаю, что час или два безветренного затишья будут что-то значить.
— Или ты вообще никогда не доберешься до Парижа. Ты не думала об этом? То отчаяние, которое ты заметила в нём, оно из-за тебя. Ведь у него с каждым днём всё меньше времени, чтобы отделаться от брака с тобой.
— Прекрати, — Клэр поспешно переоделась в ночную рубашку. Она подумала об одной вещи, которая могла бы улучшить настроение Филисии, поэтому спросила. — Тебе здесь нравится?
— Да.
Неужели это румянец выступил у Филисии на щеках? Клэр закатила глаза. Всё из-за Бертрама, конечно. Вероятно, он был прав, когда заверял, что Филисия полюбит его.
— Мне тоже здесь нравится, даже больше, чем я могла представить до этого. Я хочу остаться. Я хочу, чтобы он меня полюбил. Если я уеду вместе с ним, и мы какое-то время будем вдвоём, это может сыграть мне на руку.
— Тогда возьми вот это, — Филисия положила небольшой флакон в руку Клэр. — Нужный момент может возникнуть во время вашего путешествия, и теперь, когда ты уверена, что хочешь лорда Фурье, надо его использовать.
Клэр не отдала флакон обратно, но заметила:
— Мы поедем на лодке, но я буду держать это под рукой, когда мы будем в Париж. Упакуй мои оставшиеся вещи и привези их в Париж, так как мы не вернёмся сюда до свадьбы. Бертрам поедет вместе с тобой.
—Бертрам?
— Надеюсь, ты не убьешь его до того, как приедешь в Париж, — подразнила её Клэр.
Горничная фыркнула:
— Так как я буду очень сильно волноваться за тебя, то не могу ничего обещать!
***
Ветер, задувавший с воды, угрожал сорвать чепчик с головы Клэр. Она была рада, что крепко завязала ленточки под подбородком.
— Здесь нет каюты? — спросила она у Ренарда, когда он помогал ей взойти на борт.
— Это парусная лодка.
— Но…
— Она предназначена для коротких прогулок вдоль побережья, хоть я и водил её несколько раз, ориентируясь по звездам.
Она надеялась, что на лодке будет каюта, где она сможет на время спрятаться от ветра или вздремнуть, поскольку прошлой ночью ей не удалось поспать, настолько велико было её волнение. Она прикорнула на час на диванчике в доме Ренарда в Риан, пока он подготавливал лодку, отдавал приказания насчёт отправки лошадей обратно в поместье и готовил постельные принадлежности и еду для поездки. Клэр предполагала, что сможет уснуть и в лодке, раз уж смогла устроиться на полу в развалинах замка.
В доме в Риан был полный штат сотрудников, что было замечательно. Большие окна гостиной смотрели прямо на Северный пролив. Она впервые видела такую огромную массу воды. Клэр была бы в восторге от их спонтанного путешествия в Париж, если бы её так не волновала не покидающая Ренарда нервозная озабоченность. Он беспокоился о своей матери. Но Клэр не знала, что именно стряслось с ней, кроме разве что высокой температуры, поэтому не могла успокоить его.
Лодка была, по меньшей мере, двадцать футов в длину, так что Филисия ошибалась, когда предполагала, что она окажется крошечной. У неё был только один главный парус и ещё один поменьше — спереди, оба прикреплённые к высокой одиночной мачте. Здесь было весьма много свободного места, так как скамейки были встроены в борта лодки. Она присела, когда они покинули порт. Было довольно ветрено. Клэр восхищалась скоростью, с которой они рассекали сине-зелёную водную гладь, которая искрилась на солнце. Берег стремительно отдалялся от них, и она начинала чувствовать себя неуютно. Она ведь никогда не плавала на лодке до этого момента и никогда не удалялась так далеко от суши. Хотелось бы ей уметь плавать. Но затем она рассмеялась, когда порыв ветра сорвал с неё чепчик и забросил его в море.