8
– Как я здесь оказалась, мы же были на крыше того здания, или нет?
– Были
– Тогда как
– Чудо, Лиззи, я же говорил, что со мной тебе нечего бояться.
Я всё ещё не могла понять, как я оказалась дома. Он что, принёс меня? Я так крепко спала, я не понимала буквально ничего. Этот парень был для меня загадкой.
Посмотрев на экран телефона, я увидела позднее время: 1:03. Как же так, нас так долго не было? Или это я проспала столько? Моя сонная голова абсолютно не хотела ни о чём размышлять.
– Тебе стоит поспать, – сказал парень, всё ещё не отрывая от меня глаз
– Думаю, ты прав. А ты будешь здесь?
– Да, я буду рядом
– Может, ты со мной ляжешь?
– Неожиданно.
Парень двинулся ко мне на кровать
– Только меня не лапать и не приставать
– А обнять?
– И этого тоже
– А зачем тогда зовёшь к себе?
– Просто хочу
– Ты хочешь, чтобы я просто лежал рядом?
– Да
– Я понял.
Он задорно улыбнулся, приземлившись рядом
– Чего это ты лыбу давишь
– Ничего, просто ты очень милая
– Мазохист. Спокойной ночи, Каспер
– Спокойной ночи, родная.
Дима:
Она сводила и продолжает сводить меня с ума, я не хотел так нагло приставать, но не мог себя контролировать. И сейчас, когда я лежу напротив неё, мне трудно себя сдерживать, она ведь осязаема для меня. Я сам не знаю, зачем я это всё делаю, возможно, надеясь на то, что она полюбит меня снова, вспомнит, но по-другому я не могу, даже будучи мёртвым, я не могу без неё. Но я знаю точно, во что бы то ни стало, я хочу защитить её от этой сволочи, он не доберётся до неё, не позволю.
Алексей Зверев вместе с женой сидели на кухне и ужинали, когда ему поступил звонок на телефон:
– Слушаю.
– Здравствуйте, у нас снова тело, по характеристикам убийства это снова он.
– Понял, сейчас приеду.
Екатерина с тревогой посмотрела на мужа:
– Милый, что произошло?
– Снова произошло убийство.
– Это опять он?
– Не знаю, извини, коть, надо ехать, работа ждёт, не беспокойся.
– Я не беспокоюсь, я точно знаю, что ты его найдёшь.
Алексей улыбнулся жене и поцеловал на прощание.
– Алло, да, Паша, скинь адрес, я выдвигаюсь.
– Хорошо, Алексей Александрович.
На место преступления Алексей Зверев прибыл за считанные минуты, жертвой оказалась девушка 21 года: её нашли в собственной квартире, предположительно суицид, рядом валялась пустая банка сильнодействующих таблеток. Осмотрев тело, Алексей понял, это точно было убийство, во рту у девушки нашли большое количество таблеток, раны на стенках рта и кусочек плоти. Жертве насильно запихивали это лекарство, пока она была жива, судя по всему, она вырывалась и сумела укусить убийцу, предположительно за руку, откусив кусочек кожи. Смерть наступила от отравления тех же самых таблеток, на подбородке и щеках были еле заметные синяки, которые заметил лишь Алексей, что доказывало, что девушку насильно накормили таблетками и держали рот, чтобы она не смогла их выплюнуть. Что пугало Алексея, это то, что жертва училась в том же университете, что и его дочь.
– Алло, это следователь Зверев, можете сделать ориентировку на Московский университет Кутафина, хорошо, я понял.
9
Лес, мои руки связаны, я бегу, не разбирая дороги, верёвки стёрли мои запястья до крови. Следом за мной бежит мужчина, я не вижу его лица, мне кажется, что это не человек, а монстр, притворяющийся им. Впереди я вижу знакомый силуэт, я бегу к нему из последних сил, он ловит меня в свои объятья. "Доверься мне, Лизз", – шепчет он мне на ухо, крепче меня обняв, и мы падаем с обрыва в воду. Я чувствую, как холодная вода обжигает мне кожу, но мне не холодно, я всё ещё нахожусь в его объятиях. Я начинаю задыхаться, мои лёгкие заполняет вода, но тут он меня целует, и всё проходит. Ни боли, ни холода, только его тепло и губы.
Проснувшись утром, я обнаружила себя буквально на нём, казалось, что он спит, но разве мёртвым нужен сон? Тихонько встав с него, я направилась в ванную, под прохладным душем я начала вспоминать события вечера и ночи. И ещё такой странный сон, хотя сон ли это. Всё это как-то связано, всё кажется таким нереальным, у меня начинает болеть голова. Кто он? Кто он мне? Я чего-то не знаю? Но меня тянет к нему, тянет к покойнику, а может, он им не является, но он же сам сказал.