- Да, я пришла не одна. Но это ничего не значит.
Что ничего не значит? Я ничего не значу? Белая пелена встала перед глазами. Сейчас бы включить свет и посмотреть в эти глаза. Ледяные, надменные.
- Снова сбегаешь! – ухмыльнулся я своей слепой наивности. И натянув джинсы, яростно дёргал ремень, чтобы попасть в замок. Пошарив по полу рукой, подхватил рубашку. Так же дергано натянул её и стремительно покинул помещение, заперся в кабинке туалета. Я сполз по стене, сжав волосы в кулаки, да так и сидел на кафельном полу, пока в дверь не постучали.
В баре остались завсегдатаи и уставший персонал, после схлынувшего потока гостей начал передвигаться подобно сонным мухам перед зимней спячкой.
Марк, Кира и я сидели за столиком. Моих сил хватало только на том, чтобы наблюдать за скользящей каплей на стакане вспотевшего пива. Так и я, снова и снова срывался в пропасть свих самобичеваний. Тряпка! Слабак!
- Маркуш, ты не принесешь мне ещё лимонада? – Кира где-то далеко за пределами слышимости обратилась к своему жениху и мы остались вдвоём.
- Немедленно рассказывай, кто тебя снова побил. Почему ты выглядишь ка живой труп и любуешься этой мочой?
- Я... я снова заступил черту и оказался у пропасти...
- Поэт, блин. Я не понимаю твоих метафор!
- Она пришла сюда с мужиком. Не одна понимаешь? Мы... Как бы это сказать, чтобы не смущать тебя...
- Ну переспали и чё?
- Сейчас. Сегодня.
- Ты по этому опоздал?
- Нет. Здесь. Всё случилось там, – я махнул на тёмный коридор.
- Животные. Но это горячо, заводит. Ну и как?
- Что как? – от загнанных в куда подальше чувств, я кажется начал тупить.
- Ох, господи, ... Как она тебе?
- Я говорил уже. Я от самого её присутствия в диком щенячьем восторге. А когда она же затаскивает меня в темный угол, зажимает и требует ... Я не знаю... – обхватив голову руками, я склонился над столом.
- Какой же ты дурачок, а? Ну если она сама проявил инициативу, чего ты маешься?
- Я повторю, для особо одарённых. Она пришла не одна!
- Но выбрала-то она для похода во тьму тебя, а не его.
- Я не могу быть уверен. Может прямо сейчас, она ублажает его. Он лучше... Во всем.
- Это в чем же? – скептически вскинула бровь сестра.
- Он богаче, опытнее, статуснее.
- Точно дурак! В общем смотри. Я предлагаю тебе такой вариант...
- Я не просил совета...
- Я заметила. И всё же слушай. У тебя, кажется, командировка намечается. Идеальное время, чтобы осмотреться, прислушаться к себе и понять, что чувствует она. Переключись на работу и выжди время. Что ты потеряешь? Как минимум, лицо ты сохранишь. На расстоянии не видно твоих истерик и взрыва эмоций. Ну же... Очнись! Услышь, она ушла с тобой!
- Она ушла с ним!
- Господи, за что ты меня наградил таким упертым братом?
Понедельник #2 День воспоминаний и аварий.
Она
Когда я училась в школе, меня не очень любили учителя, потому что мои родители не сдавали деньги на шторы и усовершенствованные «растущие» парты. Когда одноклассницы хвастались новыми, тогда ещё кнопочными телефонами, или косметикой, которую купили им лично, а не стыренной у мамы, я отсиживалась в конце класса, дожидаясь звонка на урок. Меня невзлюбили за естественную красоту, которую не нужно было подчёркивать макияжем или подкладыванием ваты в лифчик. В восьмом классе мне объявили бойкот.
Придя поздравить с днём рождения единственную подружку Машку, я вручила ей подарок на пороге. И заметила, что Машкина мама накрывает на стол.
- Прости, Рит. Я тебя не приглашу, – повинилась Машка, сдерживая слезы и заламывая пальцы.
Она выбрала других одноклассниц, потому что принимать сильнейшую сторону легче, так проще выжить.
- Ой, Ритулька, – к нам вышла тетя Галя, мама Машки. Обняла меня, прижав к внушительной груди, – а ты чего на пороге-то? Проходи скорее, сейчас все придут уже.
- Я просто поздравить забежала. У меня сегодня дополнительные занятия. Так что, я пойду, – я выдавила из себя улыбку, которая то и дело кривилась и дрожала от обиды, – ещё раз с днем рождения тебя, Маша.
Я бежала по ступенькам вниз, не в силах ждать еле ползущий за мной лифт. А когда услышала голоса одноклассниц, которые спешили на праздник, остановилась на лестничной площадке за дверью и тихо плакала, боясь привлечь внимание.