- Пожалуйста. – Он снова поднял глаза и на этот раз не отвел их. Теперь отвела взгляд я. Он отпустил свою куртку и потянулся к двери. И тут я заметила следы крови на его ладони. Он схватился пальцами за ручку и потянул её на себя, закрывая дверь перед моим носом, и продолжая смотреть мне в глаза. – До завтра.
- А ну стой, - меня словно по голове шиндарахнуло.
- Что? – Он уставился на меня, его бровь дрогнула, и я заметила это мимолетное движение.
Я вцепилась в дверь, не давая её закрыть.
- В чем дело? Что за чёрт? Зачем тебе нужно закрывать мою дверь? Ты ранен?
- Да. – Просто ответил он, не пытаясь скрыть от меня ничего. Я оторопела и не сообразила сразу, что ему нужно помочь вползти в мою квартиру. Я втащила его в коридор и опустилась вместе с ним на пол. Он держался за бок. Его белая рубашка и вся подкладка куртки была в крови. Он зажимал окровавленной рукой рану.
- Почему ты молчал всё это время? Я вызову врача.
- Я всё это время не молчал, а разговаривал с тобой.
- Ты понял, о чём я. Подожди здесь, я сейчас.
- Ага, можно подумать я могу теперь ещё куда-то деться.
- Да, скорую на Садовую, 161. Второй подъезд, третий этаж. Но.. ножевое... Шаманов Василий. Я? Эм, я его девушка. К нам в квартиру ворвался грабитель. И он... Скорее! – Я повернула голову к Васе и заметила, как его глаза закрылись. Он был бледен. Очень бледен.
Я начала носиться по кухне в поисках бинтов, чтобы помочь остановить кровотечение.
- Эй-эй, – я похлопала его по щекам, – ты тут? Сейчас приедет скорая. И тебе помогут. Хорошо? Вась, не отключайся, слышишь? Мне страшно.
- Я здесь. Просто устал... с дороги.
- Ты сможешь помочь мне дотащить тебя до кровати?
- Раненных нельзя трансфор... транспортировать без указания врача. Да брось, всё нормально. Я сам дойду.
- Давай же. Поднимайся.
Я оглянулась на дверь. Чёрт с ней, пусть будет открыта, чтобы не пришлось бегать и впускать врачей. На полу было кровавое пятно от его руки, по обоям тоже тянулись кровавые следы. Столько крови я никогда не видела!
Мы добрались до дивана в зале. Я попыталась стянуть с него куртку, но это оказалось сложнее, чем донести его до зала. Он отказался раздеваться. Просто распахнула и расстегнула рубашку. Как же ему идут рубашки. А какой пресс: идеальные кубики, уходящие за пояс брюк. Так, соберись, Семёнова! Прощупав пальцами края, я не поняла насколько она глубокая. Явно не как рассечение во время чистки картошки. И столько крови! Она сочилась до сих пор. Я испытала новую волну страха. А что если он не выживет? Всхлип вырвался из меня непроизвольно. Я хотела зажать пальцами рот, но они были все в крови. Я задышала чаще, чтобы успокоиться. Прижала полотенце к его боку, которое тут же пропиталось алым.
- Эй, все будет хорошо, слышишь? – Он взял мою руку, сжал её и поднес к губам.
- Да. Ты себя видел? – Голос срывался на визг.
- Конечно. Я чертовски сексуален и привлекателен. Все женщины падают в обморок от моего образа неприступного мачо.
- Идиот!
- Зато ты отвлеклась и улыбнулась. - Он привстал на локте. Я поправила подушку. Он лёг и расслабился. Мышцы живота подрагивали. Ему больно, чертовски больно! Он разместился удобнее, вжимаясь в подушку, потёрся об неё и, блаженно выдохнув, успокоился.
- Ты вообще человек?
- В смысле?
- Из тебя течёт как из крана, а ты тут лежишь и даже ни звука не издал и ещё и укладываешься.
- Я не понимаю тебя. Всё в порядке. Это просто порез. Ты уже вызвала врача. Мы дождемся, и всё будет хорошо, – его спокойный тон настораживал меня больше, чем его бледность. Он слегка натянуто улыбнулся, не отводя от меня ясных глаз. Как завороженный уставился. Не уверена, что он вообще меня видит. Может, это уже бред? Болевой шок или ещё что-то. Ведь он даже не реагировал на то, что я тут делала, ни одного движения, даже самый стойкий хотя бы поморщился.
- Кто ты? Робот?
- Просто у меня нет сил сопротивляться и, наверное, болевой шок, мне почти не больно. Только лёгкий дискомфорт. И я не спал... сколько сейчас... сутки. А ещё руки у тебя холодные. Мне приятно. – Он плотоядно улыбнулся.