Пока я ползала с метелкой по кухне, чтобы навести порядок и собрать мелкие осколки, чтобы эта мохнатая зараза не поранилась, подошло время выходить из дома. А я даже не накрасилась! Рубашка, которую я оставила погладить с утра, так и валялась в куче скомканных вещей. Я зарычала, запрокинув голову, и начала свой ежеутренний ритуал скачек по квартире. Залепив все кровоточащие пальцы пластырем, я, на удивление, быстро управилась с глажкой и даже не испачкала ничего кровью.
«УТРА! СБЕЖАЛА, ТРУСИХА!»
Я на миг зависла. Недоразумение какое-то. Значит, я не словила глюк и переписка реально была? Положив голову на кулак, тут же вернула ее на место – боль в скуле дала о себе знать. Даже заштукатуренный, синяк светился под консилером.
И никуда я не сбегала. Просто забыла. Ладно, не забыла. И да, сбежала.
Ответить или нет?
Пальцы зависли над клавиатурой..
Кулешов Дамир из отдела закупок вырос у перегородки, на которую я пришпиливала план на день, и, сложив руки, словно школьник, улыбнулся.
- Чего? Делать нечего? – огрызнулась я.
- Не рычи? – опустил голову на руки. – Пойдем пить кофе?
Я тут же вспомнила утреннюю кислятину, которая привкусом осталась на языке. Кивнула и пошла в кухню, где собралась большая часть тунеядцев.
- У него такие руки огромные и плечи, фиг обхватишь. А задница... – чей это был голос, я не поняла.
- Да, я б с таким зависла на пару ночей.
- От чего же всего пару?
- Ну тут вопрос уже не ко мне. Он больше по несерьёзным отношениям.
Кухня взорвалась смехом.
- А вот Ритка вышла довольная из кладовки. Прям завидую ей.
Дамир вошел первым, следом я. Голоса тут же стихли и только робкие помешивания ложек в кружках нарушали гробовую тишину. Я налила кофе и, улыбнувшись, вернулась обратно за свой стол. Да, неловко вышло. Наверняка они все ещё обсуждали воскресную игру, где мне выпало целоваться в кладовке. Ничего, слухи утихнут. Зря я, конечно, сразу после этого ушла. Надо было выждать время, пока кто-нибудь не вляпался бы круче меня.
Это ж надо было умудриться уединиться с самым безответственным в отношениях человеком для поцелуя. Сама себе поражаюсь, как согласилась? Ещё и разомлела, как первокурсница. Да, губы у него, конечно, вкусные и сразу видно, что опыт «общения» есть. Но клоун офиса – не мой вариант.
Даже думать не смей!
Но сколько я себя не одергивала, внизу живота тут же замаршировали слоны, воспоминания о прикосновениях тёплых шершавых рук запустили в кросс толпу мурашек, так что запульсировало в месте ушиба на голове.
Так. Всё! Семёнова, собралась!
Я пока так и не ответила Ему на утреннее сообщение. Несвойственная мне нерешительность начала раздражать. Просто отшей и живи дальше! Что ты как ребенок?
Девчонки из отдела по продажам забежали, чтобы позвать меня на обед. Я будто очнулась и отвлеклась от монитора. Качнула головой, сказав, что догоню, и снова уставилась в монитор. А что, если это кто-то из местных? Вряд ли чужак пробился бы через заслоны айтишников. А лазутчика сразу бы обнаружили. Вспомнив, как Мишка вчера суетился вокруг меня с кофемашиной, я призадумалась. Вдруг это Он?
И тут же прилетело:
«ПОВТОРИМ?»
А это вообще о чём? Что мы должны повторить? Или это о вчерашнем моем побеге? Конечно, повторим. Я снова сбегу. Только если вчера случайно, якобы забыла, то сегодня намеренно.
- Марго, ты идешь? С тобой всё в порядке? – Женька, темноволосая, смуглая с вечно растрепанной головой и идеально намазанными блеском губами, всегда самая внимательная и чересчур навязчивая – юрист же, говорит, что так положено. Я кивнула. Взяв под руку, она потащила меня в столовую.
– ...А она мне: «Как это можно в наше время жить одной и даже не иметь никого на примете? Это же скучно». – кривлялась Женька, пародируя Громову. – И это притом, что сама только перевалила на четвёртый десяток и, к слову, а-ди-но-ка-я! – вскинула указательный палец подруга и повела бровью.
«А-ди-но-ка-я!». А вдруг это моя судьба мне написывает и на том конце переписки шикарный мужчина, дети от которого родятся красивые и умные? Я перестала вслушиваться, а просто шла с Морозовой и думала о том, кому же я все-таки нужна.