Постепенно Саня заново узнавала себя. Изучала, как кодекс, со всеми статьями и поправками. Она была все той же оптимисткой, с любопытством волчонка смотрящей людям в глаза, но движения перестали быть скованными, мир вокруг тоже. В каком-то смысле Саня повзрослела. А еще она приняла как данность, что ее сердце занято. Она так часто разговаривала в мыслях со Стасом, что даже скучать начала меньше. И жить стало проще…
«Представляешь, я сегодня разбила чашку, палец осколком порезала», — мысленно делилась она с Аресом будничными мелочами и будто вживую слышала его напуганное: «Все, я вызываю скорую!»
Поначалу не получалось впустить новых людей в душу, но со временем Саня оттаяла и начала принимать приглашения коллег на обеды, дни рождения и просто походы в кино. Наверное, это закон природы: если закрываешься от мира, то он кажется картонным, холодным, чужим. Саня так больше не могла. Она боялась превратиться в сказочного Кая, который сидел во дворце Снежной королевы и выкладывал из ледышек слово «Вечность». Поэтом она прикладывала усилия и шла вперед.
Ей не хватало своих подопечных из группы по дзюдо, поэтому через два месяца в Страсбурге Саня взялась за работу волонтера в местном центре, преподавая уроки самообороны.
С Настей общались через день, по скайпу и в чате мессенджера, а то и ежедневно, урывками. Какая погода, какие люди, еда, животные, работа, отдых, настроение… Столько тем, и всегда это невысказанное между ними: «Как Арес?» Спросить хотелось постоянно, но Саня решила не травить душу и задавала этот вопрос как бы между прочим, раз в месяц, по графику. И каждый раз напоминала о клятве и просила не говорить Аресу о том, что бывшая «хозяйка» интересуется его жизнью.
Зачем, чтобы он чувствовал себя связанным или виноватым перед ней?
И каждый раз Настя обещала, и просила прощения за то, что когда-то настойчиво вмешалась в чужую личную жизнь.
Но извиняться было не за что. Именно благодаря Насте случился танец на свадьбе и та незабываемая близость. Не подтолкни Саню с Аресом внешняя сила навстречу друг другу, они бы даже не попрощались нормально. А так яркие воспоминания согревали ночами и вселяли надежду.
Саня решила, что дождется Стаса, даже если ему не нужна. Это не принципиально — нужна она ему или нет. Хранить верность человеку можно и молча, на расстоянии. Даже если этот человек тебя об этом не просил.
К любимой маминой пословице «Любят не за тело, а за дело» прибавилась новая, выстраданная Саней: «Сердце направляет, а разум помогает». Иначе можно заблудиться в собственной жизни.
…Иногда она садилась у окна в своей съемной квартирке и смотрела на реку Иль, потягивая чай и размышляя. О Стасе, о ком же еще.
Когда-то она шутливо предупредила его, чтобы не додумался в нее влюбиться, и он послушался, заглушил в себе ту странную искру, промелькнувшую в день знакомства. А себя Саня не уберегла, полюбила его. И даже сказать сложно, когда именно это случилось.
Наверное, когда он держал ее в своих руках, окровавленную, в тот страшный новогодний вечер. Тогда Саня узнала, что готова умереть за него. Не потому, что должна, а потому что так чувствовала.
Стас утверждал, что ему даже делать ничего не приходилось, чтобы на него вешались девушки, но это не так. В него влюблялись ради него самого. Не каждый человек имеет храбрость остаться собой, признать, кто ты и что.
Саня считала себя невероятно везучей. Она набиралась опыта в Европейском суде по правам человека, у нее появились активные, интересные друзья, хорошие перспективы, путешествия, стабильность… Казалось бы, живи, радуйся! Благодари вселенную и рыдай от счастья. У тебя все получилось, и это в двадцать два года!
Но в прекрасном пазле жизни не хватало основной, центральной детали, которая должна заполнить область сердца. И мозаика не обретала смысла, не давала удовлетворения. Зарисовывай пробел, засыпай его золотой пылью — все пустое. Можно только ждать.
Хотя, а зачем ждать? Почему бы не полететь к Стасу на выходные и не признаться в любви? Нагрянуть, как снег на голову, и огорошить — сказать, что он никогда не был для нее шлюхой. Он был ее сердцем.
…Но кровь стыла в венах при мысли, что он растеряется, удивится… Да, у них полтора года назад случился дружеский секс на прощание, но это не повод требовать чего-то от парня. Как требовала от него когда-то Мария Данберг, которая, кстати, тоже живет во Франции. Саня слышала о старой знакомой от Насти. Та следила за сплетнями высшего света и делилась самыми абсурдными.