Спускаясь по лестнице, я сразу поняла: Тёмный уже здесь. И не один. Голоса доносились из гостиной — мужские, низкие, перемежающиеся смехом и звоном стаканов. Я замерла на ступеньке. Серьёзно? Раннее утро, а они уже пьют?
— Это она? — раздался голос, и я поняла, что меня заметили. Мужчина указывал на лестницу. Высокий, темноволосый, с такими же яркими глазами, как у Николаса, только другого оттенка — синими, глубокими, пронзительными.
— Ага, — ответил Николас, даже не повернув головы. Зато тот, второй, не отрывал от меня взгляда. Оценивал. Изучал. Будто я товар на рынке, который он приценивается купить. Мне стало неуютно под этим взглядом, но я заставила себя спуститься.
— Теперь я понимаю, почему у тебя рот не закрывался, — усмехнулся незнакомец. — Все уши прожужжал.
Николас зарычал — вполне по-звериному:
— Даин…
Тот лишь усмехнулся в ответ. Видимо, он был из тех, кто его не боялся. Вообще.
— Проходи, красавица, — Даин махнул рукой в сторону дивана.
Я спустилась, присела напротив мужчин и протянула руку:
— Здравствуйте. Я Валери.
Даин взял мою руку — и вдруг поднёс к губам и поцеловал. Легко, почти невесомо. Я опешила. Совсем не ожидала такого жеста. Перевела взгляд на Николаса — он сидел, уставившись в свой стакан, и разглядывал содержимое с таким видом, будто там были ответы на все вопросы мироздания. Даин мою руку не отпустил. Спросил, глядя прямо в глаза:
— Ты случайно не Доусан?
Даже Николас напрягся. Я почувствовала это — как изменилась атмосфера в комнате, как замер воздух. Я не знала, что ответить. Но решила: правду — точно не сейчас.
— Я не Доусан, — сказала я как можно увереннее.
Николас посмотрел на меня. Один короткий взгляд — и я поняла: он знает. Он понял, что я вру.
— Ты очень похожа на мать, — заметил Даин.
— Я не Доусан, — повторила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Она всегда такая врушка? — усмехнулся Даин, обращаясь к Николасу.
— Я предупреждал, что не люблю, когда врут, — ответил Тёмный. — Но она не слушает меня.
— Она знает? — задумчиво протянул Даин.
— Думаю, что да, — кивнул Николас.
— Эй! — возмутилась я. — Я вообще-то здесь!
Мужчины синхронно повернулись ко мне. Николас встал, пересел на диван рядом со мной, наклонился так близко, что я почувствовала его запах – терпкий, древесный, сводящий с ума.
— А какой смысл тебя спрашивать? — его голос звучал низко, обволакивающе, будто кот мурлыкал. — Ты ведь всё равно врёшь.
Он говорил это почти шёпотом, глядя мне в глаза, и от этой близости по телу побежали мурашки. Его рука потянулась к моим волосам, взяла прядь, поднёс к лицу, вдохнул запах. Потом заправил её за ухо — медленно, осторожно, будто я была сделана из тончайшего стекла. Его прикосновения будоражили воображение. Я изо всех сил старалась сопротивляться, убедить себя, что он — враг, что нельзя, что это неправильно. Но он был такой… такой…
Мысленно я твердила как мантру: он враг, он враг, не думай о нём, он враг. Пока я пыталась привести мысли в порядок, он убрал руку и отодвинулся.
— Потом, мой маленький некромант, — сказал он с усмешкой. — Потом. А сейчас нам нужно заниматься.
Он встал, собираясь уходить, но я схватила его за руку. Он замер, повернул голову. Его фиолетовые глаза вспыхнули, загорелись ярче, и я подумала: это охренительно красиво.
— Я хочу спросить... — начала я.
— Что же? — он смотрел на меня, и я всё ещё держала его руку. Забыла, что держу. Или не хотела отпускать. Он тоже не отнимал.
— Связь... — выдохнула я.
— Ты о драконе? — догадался он.
— Откуда ты...
— Конечно, милая. Я её заглушил.
— Зачем?
— Пока ты здесь, со мной, — он говорил мягко, но в этой мягкости чувствовалась сталь. — Она тебе не нужна.
— Так говоришь, будто я могу уйти, — усмехнулась я.
— Можешь, — неожиданно ответил он. — Но не сейчас. Я хочу сделать тебя сильной. Только потом решишь: хочешь быть здесь, со мной, или уйти.
— Конечно же, я захочу уйти, — выпалила я, но в голосе не было уверенности.
— Не говори так, — он широко улыбнулся и подмигнул. — А вдруг ты полюбишь своего врага?
Идиот. Даин, который всё это время наблюдал за нами с лёгкой усмешкой, поднялся и ушёл на кухню. Вернулся с подносом, полным еды.
— Будете есть, голубки? — спросил он с иронией. — Лично я — да.
— Видишь, даже Дан заметил, что ты ко мне неровно дышишь, — прокомментировал Николас.
Я толкнула его в грудь — ладонь утонула в твёрдых мышцах — и вскочила:
— Иди в задницу! Никогда я тебя не полюблю, понял?
И направилась к Даину. Плевать на этих нахалов. Я хочу есть.
— Увидим, мой маленький некромант, — донеслось мне в спину.