— Спасибо большое, Даниэль, — она улыбнулась мне, она улыбнулась. Прогресс.
— Нужно промыть рану, а потом намазать йодом, чтобы инфекции не было, — смотря на Давида говорю я. Интересна его реакция, что он сделает.
— Без тебя знаем, — Давид резко хватает Адель и забирает за собой. Он зол. Только чем? Или он…
— Милый, как тебе имя? — Ангелика сзади подходит.
— Мне не нравится, — честно отвечаю, не хочу, чтобы Адель плакала, ведь при одном упоминании этого имени она плачет. Прошло слишком мало времени со смерти её отца, рана ещё не зажила. И вряд ли когда-нибудь заживёт.
— Почему, папа предложил мне это имя и оно мне очень понравилось, — так вот откуда ноги растут, не дай бог он рассказал, что мы с Адель раньше были в отношениях, откуда он про это имя вспомнил.
— Папа? — вопросительно и удивлённо.
— Да.
— Я с ним поговорю об этом потом, но знай я не хочу, чтобы моего сына звали так и точка.
— Хорошо.
— Дети, садитесь, всё равно Давид с Аделиной не спустятся, — начинает Маттео Греко-мой будущий тесть.
— Почему? — спрашиваю я.
— Они уже легли спать, очень устали написал мне Давид, так что мы тоже чуть посидим, порадуемся будущему наследнику и пойдём спать.
Что-то тут не чисто. Чем же они там занимаются вдвоём? Даже думать не хочу об этом. Но она мне улыбнулась, я увидел её прекрасную улыбку. Ей так идёт улыбка, но я так редко вижу её, что начинаю забывать, как выглядит улыбчивая Аделина. Я верну улыбку на её лице.
— Милый, а что случилось за столом? — застилая постель спрашивает Ангелика.
— Не знаю, — говорю Ангелике, но скорее всего, это моё предположение, но из-за имени, которое хотела назвать Ангелика, это же имя её отца. Ей неприятно, что я зная об этом, назову своего сына так. Теперь она поранилась. Ей было больно, но она даже не показала этого. Ни одной слезы не проронила. Сильная девочка.
— С ней каждый день что-то случается, то обморок, то в руке бокал разбивается, а завтра что будет, — слишком много болтает Ангелика.
— Давай спать, — затыкаю её.
До девяти утра провалялся в постели. Микки не выпускал с комнаты, пойду выпущу во двор, пусть прогуляется. На улице замечательная погода, светит солнце.
— А где Давид с Аделиной? — спрашивает Ангелика.
Сказали, что приедут сюрпризом, ждём, — сразу же отвечает Маттео Греко.
И тут я вижу, чтотдержась за руки заходит Адель с Давидом. Её губы накрашены красной сочной помадой, словно вишня, так и хочется съесть. Белое платье.
— Дорогая семья, у нас для вас новости, — начинает Давид. — Мы с Аделиной поженились, поздравьте нас, теперь мы муж и жена. Мы опередили вас, Даниэль и Ангелика, правда, жена моя, — смотрит на Аделину.
Он сказал жена? Жена…но не моя. Что такого произошло, что она приняла его предложение? Адель, но зачем?
Я просто встал со стола и ушёл, мне нужно всё переварить.
В ванной умылся холодной водой, не помогло успокоиться. Как, как она могла? Ведь вчера ни о какой свадьбе и речи не шло, а сегодня уже они втихаря поехали и расписались.
Ударил кулаком в стену от злости и на костяшке пальцев осталась рана, откуда текла кровь. Быстро промыл рану, но всё равно остался красный след.
Вернулся обратно, а там уже Адель с Давидом рядом сидят.
— Извините, что так быстро ушёл, даже не поздравил вас, мне просто позвонили, а теперь я поздравляю вас, если вы позволите я хотел бы обнять вас? — смотрю на реакцию Давида.
— Конечно, ведь через десять дней мы уже станем с тобой родственниками.
Иду обнимать Давида сначала, а потом встаёт со стола и я обнимаю Адель.
— Я всё равно узнаю почему ты это сделала, ты поняла меня? — говорю ей шёпотом в ухо и потом сразу же отстраняюсь.
— Даниэль, а что с рукой? — Ангелика увидела руку.
— Ничего такого, просто боксом решил заняться.
— Как это ничего, её же только что не было, где ты сейчас был?
— В ванной.
— Потом завяжи бинтом.
— Хорошо, Ангелик.
— Аделина, теперь ты получается Греко? — спрашивает Ангелика у Адель. интересный вопрос.
— Нет, я оставила свою же фамилию-Мальдини, которую мне оставил отец, я никогда не возьму фамилию мужа, не предам своего отца, хочу, чтобы хоть что-то осталось от отца, — она до сих хранит память отца. Действительно, фамилия отца-это единственное, что осталось от её отца для неё это очень ценно.
— А Давид не был против?
— Сначала настаивал, но потом согласился, а вы как, начали готовиться к свадьбе? — спрашивает Аделина.
— Да, уже выбрала место и декорации, осталось всего помаленьку.