— Я готов, конечно, «повращаться» спутником в твоей орбите. Но ведь я ничего не смыслю в СМИ. А уж тем более про свободу какого — то слова в этих самых СМИ. Единственное, что я знаю из Библии, например, что вначале было Слово.
— Вот слову — то как раз и нужна свобода! И ты можешь в том поучаствовать. Неужели ты откажешься сопровождать свою «лапочку» по ее же просьбе?! — Анжела деланно, с огорчением вскинула руки вверх.
— Лапочку? — поморщился Тимур.
— Ты же сам меня так называешь! — обиделась журналистка.
— Точно. Ты и есть моя лапочка. И мой апельсинчик! Но вот этот симпозиум мне как — то… скучный он, наверняка. Это то же самое, если бы сталевар пришел на курсы педикюра.
— Ну и что в этом такого? У сталевара, может, завод закроют. А другой профессии нет. А тут он курсы педикюра прошел. Ногти на ногах у всех растут. Так что сталевар без работы не останется, если заинтересуется педикюром. К тому же жена сталевара вполне возможно его бросит после того, как он сделается безработным. А он пойдет работать мастером по педикюру, и там у него море невест будет. Так, что есть польза во всяком занятии. Даже если оно не связано с твоей основной деятельностью.
— Опа! Ты прямо целую речь толкнула о пользе разнообразия! — удивился Тимур.
— Так ты будешь меня сопровождать? — потребовала конкретики телеведущая.
— Буду! Согласен. Только если меня там кто — нибудь о чем — нибудь спросит, то, что мне отвечать? Я же в СМИ ваших не бум — бум.
— Да уж будет лучше, если ты будешь там помалкивать. Скажешь, что ты мой секретарь. А чего, идея.
— Я — секретарь? — округлил глаза Живчиков.
— По возрасту ты подходишь в самый раз, — улыбнулась журналистка. Живчиков помолчал, вытянул вперед свои длинные ноги. Спросил:
— А у всех секретарей 45 размер ботинок?
Анжела взглянула на огромные ботинки с армейской шнуровкой на своем возлюбленном. Почесала у себя за ухом:
— А сейчас везде акселерация!
— Значит, я буду там на симпозиуме представлять отряд парнокопытных секретарей — акселератов?
— Прежде всего, ты будешь сопровождать меня.
Помолчали.
— Что там за публика обычно собирается?
— Толстые дядьки с худенькими длинноногими секретаршами. Жирные тетки — редакторы с вереницей сопровождения из юных журналистов, выпускников журфаков. Разные будут издатели, директора издательских домов, радио и телеведущие, директора различных телеканалов. Публицисты, эссеисты, писатели и многие известные люди смежных со СМИ профессий.
— Солянка?
— Солянка. И если тебя там кто — нибудь будет о чем — то спрашивать, то ты… ты…
— Послать всех на три буквы? — предположил Тимур.
— Обалдел что ли! Ты меня сопровождаешь, а значит, меня и представляешь. Если ты кроешь гостей симпозиума матом, то ты думаешь, это обо мне говорит с хорошей стороны?!
— Это говорит о том, что вначале было Слово — улыбнулся парень.
— Но не матерное же!
— Откуда ты знаешь? Ты что, Ева в современном воплощении?
— Да тише ты, богохульник!
— Видишь, ты даже здесь ругаешься! — самодовольно крякнул Тимур.
— Где это?
— Ну, как же. Гляди: ты сказала «хульник».
— Хватит! — резко повысила голос Анжела. Опять тебя заносит не в ту степь.
Живчиков сдвинул брови и нехотя признал:
— Да, по — моему, малек перегнул палку.
— Вот и не надо ничего говорить лишнего на симпозиуме! — горячо воскликнула журналистка. — А то ты там таких «палок» нагнешь, что из них потом забор строить можно будет!
— Не нравятся те палки, давай я тебе сейчас покажу и кину другую «палку»! — оживился Живчиков и быстро ухватил собеседницу за бедро, стал тащить ее к себе.
— Пошляк! Ты будешь меня сопровождать на симпозиум и там помалкивать: — Анжела безуспешно пыталась высвободиться из цепких лап парня.
— Да! Буду, буду! Но сейчас меня больше интересуют палки!
— А меня сейчас они мало интересуют! — слабо сопротивлялась девушка, но пальцы Живчикова уже проникли ей в трусы.
— Симпозиум состоится, — только успела заключить Анжела.
Через пару минут игривой борьбы она уже лежала на спине. Кровать заскрипела.
ГЛАВА 24
На симпозиумах что хорошо, помимо профессионального общения? Фуршеты! Москва вообще любит всякие конгрессы, съезды, слеты и конференции. И кормят там хорошо, сытно. Поят до пуза, как говорится. Всё вроде бы хорошо, да не всем идет пищевое и алкогольное возлияние на пользу.