В комнате никого не было. Вошедший подошел к вещам членов экспедиции и приподнял первый рюкзак. Быстро расстегнул накладные карманы и выложил оттуда содержимое, но тут же сложил обратно, отнес рюкзак на место и взял второй. С ним он проделал то же самое. Но, видимо, того, что искал, не находил. Человек торопился, небрежно застегнул рюкзак и взялся за третий. Потом быстро осмотрел тумбочки, выругался и поспешил к выходу.
Первым в правление вернулся Алексей. Лицо у него почернело от копоти. Сначала он не обратил внимания на беспорядок в комнате. И только после того как умылся и пошел за полотенцем, заметил, что вещи лежали не в том порядке, в каком они были оставлены.
«Кто-то здесь был в наше отсутствие», — подумал он.
Пришел Цинченко. Пересмотрели все вещи. Вор ничего не тронул.
— Странно! — заметил Цинченко.
— Вот именно… — согласился Алексей.
Лагутин появился в Комкуре на следующий день после пожара. Он посетил председателя колхоза и агронома, выразил свое сочувствие, негодовал на злодея, осмелившегося совершить черное дело. Встречаясь на улицах с охотниками, Евгений Корнеевич не улыбался, как раньше, а печально вздыхал и качал головой. В селе, кажется, не было человека, который бы переживал пожар больше, чем охотовед.
С Алексеем Лагутин поздоровался как старый знакомый и обстоятельно рассказал о всех дорожных мытарствах, которые ему пришлось испытать.
— После того как вы улетели, опять поднялся ветер. Пришлось еще сутки задержаться на озере. — Лагутин посмотрел на Соснина и, словно что-то припоминая, спросил: — Помните, я говорил вам о коллекции ключей?
— Да, — кивнул головой Алексей. — Откровенно говоря, я не понимаю вашего увлечения, но любопытно взглянуть.
— Так пойдемте.
Дом, в котором жил охотовед, был построен фундаментально, и он понравился Алексею.
— Жить можно, — согласился Лагутин. — Присаживайтесь, Алексей Григорьевич, — так, кажется, вас по батюшке величают?
Лагутин поставил на стол редис в сметане, холодную оленину и сыр, достал из буфета голубой пузатый лафитник и две стопки, тоже голубого цвета, наполнил их вином.
— Приятно встретиться в этой дыре с культурным человеком. Можно поговорить, помечтать… Не так ли, Алексей Григорьевич?
Не дожидаясь ответа, Лагутин продолжал:
— Для меня встреча с вами — истинное удовольствие! Давайте по стопке.
— Спасибо, Евгений Корнеевич, не пью.
— Ну, как хотите. А я пропущу одну.
— Евгений Корнеевич, где же ваша коллекция ключей? Покажите.
— Пожалуйста, вот сюда, Алексей Григорьевич, — пригласил Лагутин.
Комната, в которую вошел Алексей вслед за хозяином дома, была маленькая. На полу лежала большая медвежья шкура с головой. Во рту медведя — пепельница. Стены от потолка до пола были затянуты шкурами. Мебели в комнате не было, оттого она выглядела более просторной и светлой. На одной из стен на гвоздиках висели ключи. Первый ряд начинался в двадцати — тридцати сантиметрах от пола, а верхний вплотную примыкал к. потолку. Ключей было много, и среди них немало самой причудливой и замысловатой формы. Один походил на куриное яйцо, другой — на браунинг, третий — на изогнутую змеиную головку с вытянутым жалом. Лагутин показал Алексею царь-ключ и гном-ключ. Первый имел в длину двадцать девять сантиметров и весил около килограмма, второй, изготовленный из золота, весил едва полтора грамма и в длину не доходил и до одного сантиметра.
Коллекция была богатая, и Алексей с любопытством рассматривал ее. Лагутин, выслушав мнение гостя, как всегда, улыбнулся и сказал:
— Теперь-то вы мне уступите свой ключ?
— Нет. Во всяком случае, не теперь.
— Ну хорошо. А зачем он вам в горах? Можете и потерять. А у меня ключ будет в сохранности. Когда понадобится, тогда и возьмете.
— Надо подумать.
— Знаете, как трудно найти оригинальный ключ? Когда я начал коллекционировать ключи, сначала дело пошло хорошо. Но потом каждый новый ключ доставался все труднее и труднее. Историю каждого ключа я записываю в этот журнальчик. Полюбопытствуйте… Значит, договорились? Пока вы будете в горах, ключ будет храниться в моей коллекции. Между прочим, у меня больше шансов найти человека, знающего этот ключ, потому что я хорошо знаю местных охотников. Попробую помочь вам, но с условием, что ключ останется в моей коллекции.
— Пожалуй, вы правы. Кун, о котором вы говорили, в здешних местах новый человек, поэтому он не мог быть проводником в отряде Соснина. Секретарь райкома посоветовал мне поговорить с Дьяковым, который может оказать содействие.