-Там просто мультик такой есть ,,Чебурашка и Крокодил Гена”-с этими словами он вышел из машины, закурив сигарету, подойдя поближе к обочине.
Джуди проигнорировала его, ждав, что будет дальше.
-Неудачный день? - попытался еще раз вывести на разговор этот ушастый таксист, крутя что-то в кармане спортивных шорт.
-Можно сказать и так.-прожевывая последний кусочек булки ответила Джуд, отряхивая руки от крошек.
-Привыкай. Иногда жизнь преподносит тебе твистер с дерьмом, и ты должна его съесть...
Затянув сигарету, он больше говорил куда-то в сторону, чем в глаза девушке, отчего ей становилось легче, так как серийные убийцы или маньяки наоборот пристально рассматривали своих жертв.
-Не поверишь, но именно такой твистер я сейчас и съела.
-Значит нужно запить чем-то крепким!
-Думаешь?
-Утверждаю! - приподняв забавно брови и состроив брутальную гримасу, он докурил сигарету и бросил на асфальт ,придавив своими спортивными кроссовками, рядом с которыми через секунду оказались сандали Джуди. Он от неожиданности резко поднял голову и смутился, так как девушка была буквально в десяти сантиметров от него.
-Тогда поехали! - прищелкнув языком, еще недавно сломленное существо, село на заднее сидение с целью хотя бы одну ночь провести не в одиночестве, тем более врачи рекомендовали ей яркие события, чтобы возвращаться в прежнюю жизнь. Кто знает насколько яркая будет эта поездка?
-Крокодила не берешь? - усаживаясь в кресло, спросил парень, взглянув в зеркало и встретившись с ней взглядом.
-Да это даже не мой.
-Ну и правильно. А то бы я стеснялся при нем с тобой целоваться.
Они встретились взглядами через водительское зеркало. Одни глаза выражали шуточный флирт, другие непривычное смущение, хотя Джуди никогда не стеснялась парней. С ними у нее было довольно все проще, чем с подругами.
Машина тронулась. Огни тусклых фонарей начали скользить по лобовому стеклу, как улыбка на губах Джуди. Её вишневая помада всегда украшала её сексуальность и женственность, несмотря на то что её с детства называли ,,пацаном в юбке”. Ей хотелось верить, что обрушившейся мир можно склеить по кусочкам, но архитектор из неё не выйдет, потому что каждый новый день для неё будет в буквальном смысле новым. И то что произойдет этим вечером, останется в чертовом прошлом, в котором она замкнута навсегда.
После случившегося садится в машину к незнакомому таксисту было безумием. Но разве каждый её новый день не безумие? Что терять, когда видение мира разрушено. Так хоть её компанию разделит этот парень, с которым она сейчас ехала по еще вечернему городу, высовываясь из окна, чтобы её пучок окончательно рассыпался и попал в объятия ветра.
-Что ты делаешь?
Джуди села на место и достала из заднего кармана джинсов помятую, формой бинокля тетрадь в желтую клетку и карандаш.
-Пишу, что со мной флиртовал ушастый таксист, чтобы наутро проснуться и никогда этого не вспомнить.
-Еще ничего не было, а ты уже меня недооценив...
-Нет, у меня просто антероградная амнезия. - перебила его Джуд, отвернув голову к окну.
Наступило молчание, которое прервала магнитола, шипение которого до этого девушка и не слышала. Но вместо атмосферной музыки ,включился монотонный голос, привычный всем дикторам новостей.
,,Новый серийный убийца разгуливает по порнокинотеатрам Германии, отравляя неизвестным путем в основном красивых и молодых девушек, из сумок которых исчезали не кредитные карты с дорогими вещами, а помады, блески и другие губные косметические средства.”
Джуди слышала об этом Помаднике. ( казалось, что СМИ только и делало, что целыми днями придумывало прозвище этому зверю)
Ей хватило лишь одного взгляда, который перевернул психику и заставил трясти её со всей силы как в шейкере для приготовки коктейлей. С тех пор ей захотелось поиграть в жмурки: завязать шарфом глаза и больше никогда не видеть вокруг прогнивший людьми мир. Этот взгляд приходил ей во снах, рекламных вывесках, на упаковке снэков и был причиной постоянного стресса и страха. Больше всего её ненавидел дискомфорт ,который выбивал из спокойной палитры жизни, заталкивая Джуди в ядро кубика-рубика, чтобы каждый новый цветной квадрат отображал её эмоциональные скачки, как на спидометре. Вихрь тревоги возникал в любой момент. Один раз, после душа, она легла на мокрую подушку, подскочив тут же, после того как щека коснулась абрикосовой наволочки. Наверное, каждый в детстве, идя по темному коридору, дорисовывал в воображении ,идущего за спиной монстра. Так и Джуди сперва утверждала, что в её квартире кто-то находится, забыв при это, что до этого она уже лежала на той подушке с мокрыми после душа волосами. Даже малыш с упаковки сока, на котором был отпечаток маминого поцелуя, заставил её запереться в ванной и зажимать в ладонях кактус, испытывая длительную боль. После этого Джуд чувствовала себя запертой, как при тоннельном синдроме, когда внутри запястий точно перетянули нервные ткани, а пальцы, словно пережеванные морской косаткой, чувствовали острое онемение. Лучше бы её амнезия наступила ровно в тот день.