Он замечает мой недоумевающий взгляд.
– Знакомься, это Летиция. Мы неплохо так сдружились.
Летиция смотрит на меня с вежливой улыбкой, хотя рассказ о расчлененной девушке ей явно интереснее.
– Здравствуйте, – говорю я, вспомнив о манерах, и снова перевожу взгляд на Фитца. – Зачем коробки? Я не знала, что ты нашел новую квартиру.
Я уже которую неделю переживаю из-за квартиры. Не похоже было, что Фитц ищет новых соседей или жилье подешевле. Марта теперь живет в своем доме, я скоро уеду, а платить аренду в одиночку он не сможет.
– Да я тут посоветовался с Эйлин. – Он открывает пиво.
– С моей бабушкой?
Фитц закатывает глаза и решает не отвечать на глупый вопрос.
– В общем, она предложила перебраться к Летиции. У нее потрясающая квартира, полная антиквариата и винтажных вещей. Вся мебель для «Серебра Шордича», кстати, оттуда.
Я впервые попала на встречу клуба несколько недель назад, и происходящее тронуло меня до глубины души, а ведь я видела Саманту Гринвуд в костюме мандаринки! Угрюмые художники из одиннадцатой квартиры превратились в преподавателей живописи, напряженная женщина из шестой с радостью развозила гостей, Фитц координировал все с поразительным мастерством. А на прошлой неделе он подал заявление на позицию менеджера по организации мероприятий в крупной благотворительной организации.
Когда я сказала об этом бабушке, она издала бодрый клич и выдала пируэт.
– Значит, переезжаешь к Летиции… – повторяю я, осознавая новости.
– Я решил, что старушки – лучшие соседки по квартире. И готовят, и за домом следят. Все-таки в пятидесятые весь дом был на женщинах. А еще они прямолинейные и всегда готовы раскритиковать мой костюм. К тому же сидят целый день дома и могут встречать курьеров с посылками. – Он салютует бутылкой. – Спасибо, что просветили меня, Эйлин-младшая!
– Да всегда пожалуйста…
– В чем, кстати, сегодня пойдешь?
Я закатываю глаза.
– Обычно Марта подбирала мне наряд, но сейчас у нее подготовка поважнее.
Марта и Яз устраивают вечеринку в честь помолвки. С появлением Ванессы Яз превратилась из свободного странника в семьянина и на днях сделала Марте предложение.
– Знаешь, что Итана тоже позвали?
– Только его не хватало.
Фитц в утешение протягивает мне пиво.
– Типичная Яз. Она внесла его в список приглашенных до того, как вы расстались, а потом на автомате отправила письмо. А уж он не упустит шанс с тобой увидеться.
– Можно я не пойду?
Фитц издает театральный вздох:
– Как?! На вечеринку по случаю помолвки Марты и Яз?! Даже твоя бабушка приедет! Из дикого Йоркшира!
– Ладно, придется идти. Но мне нужен сногсшибательный наряд. И ты поможешь мне его выбрать! До свидания, Летиция! – говорю я, проходя мимо соседки. – Рада была познакомиться.
– Не мешай. – Она показывает на телевизор.
– Говорил же, незамутненная прямолинейность! – замечает Фитц, подходя к моему гардеробу.
38. Эйлин
Я снова еду в Лондон. Но сперва надо встретиться с моим спутником.
За последние два месяца я узнала об Арнольде много удивительных вещей. Он спит в фиолетовой шелковой пижаме, словно викторианский граф. Он начинает ворчать, если голодный, а потом целует меня, когда я напоминаю ему поесть. Он любит книги Чарльза Диккенса и Уилки Коллинза, а Агату Кристи прочитал, увидев ее в списке моих любимых книг на сайте знакомств. Когда он рассказал мне об этом, я настолько растрогалась, что сразу же потащила его в постель.
Но больше всего меня поразил тот факт, что Арнольд Макинтайр – знает все сплетни Хэмли. Одна из них – чрезвычайно занятная – привела меня на порог к Джексону Гринвуду.
– Здравствуйте, Эйлин, – говорит Джексон, открывая дверь.
Ни тени удивления на лице, будто каждый день я прихожу к нему домой, да еще в «лондонском» виде: кожаные сапоги, бутылочно-зеленые кюлоты и мягкий бежевый свитер – прощальный подарок Тода.
Вот что странно: я же ни разу не видела Джексона удивленным хоть по какому поводу.
– Могу я войти? – Прозвучало, наверное, слишком прямолинейно, но сейчас не до расшаркиваний.
– Входите, конечно. – Он отступает. – Чаю?
– Если не затруднит.
Я прохожу в гостиную и в который раз отмечаю, насколько приятный интерьер в доме Джексона. Деревянного журнального столика в прошлый мой визит еще не было. Смотрю, что за книгу читает Джексон: «Думай медленно… решай быстро». На веранде бешено виляет хвостом Хэнк. Я нежно чешу пса за ушами, стараясь не подпускать его близко к моему чудесному свитеру.