"Нет, ошибкой будет обнаружить себя раньше положенного. Зря, что ли старалась?".
Глаза, попривыкнув к серому цвету комнаты, замаячили из стороны в сторону, пока не упёрлись в печь занимающую большую её часть.
"В пекло! Внутрь не полезу, а вот за ней, думаю, смогу спрятаться".
В проходе заприметила тень, менее рассеянную по мере её приближения. Время для раздумий больше не осталось, слишком долго метались мои мысли в поисках благополучного исхода. Даже сторону, в которую собиралась отступать, не выбрала, просто прильнула к печи, набрала в лёгкие как можно больше воздуха, чтоб не выпирала, а была вровень, затаилась и начала про себя гадать:
"Сработает, не сработает, сработает…".
Поутихший адреналин уступил место опасению нагнавшему, когда я осознала, что мой якобы подвиг вовсе не то чем казался поначалу. А затем зажёгся свет. И я перестала походить на выбеленный кирпич, с которым так мечтала слиться и остаться незамеченной. Вот он момент истины. Сейчас я поймаю эту любительницу кидаться палками. Возьму голыми руками.
Но к несчастью изловили меня.
- Я всё объясню, - зачастила, теперь уже краснея от стыда, пока хозяйка дома ахала, широко рукоплескав от учинённого мной беспорядка. - Это не я. Честно. Я просто проходила мимо, заметила распахнутую настежь дверь. Решила, что воры и зашла. Подумала, вдруг помощь нужна.
- Кому, ворам? - нахмурилась Глафира, - им решила помочь? Обокрасть бедную пожилую леди. Да как только в голову могло прийти! Я ж к тебе со всей душой, а ты…
- Что вы Глафира Семёновна, не было таких помыслов. Давайте я вам прибраться помогу. - А вот это точно моя вина.
- Нет уж, деточка, порядок ты уже навела. - Проткнула осуждено-порицательным взглядом.
С полминуты мы стояли глядя друг другу в глаза. Я раскаявшись. Она с неприкрытой злостью, кажется, даже раздулась, вот что отвратное чувство может делать с людьми.
Наша дуэль могла длиться вечность, никто не собирался поднимать белый флаг. До одной лишь поры. Пока от внезапно ступившей ко мне навстречу "Леди", я не отпрянула назад, пошатнув табурет, с которого полетела высокая резная урна и в дребезги расколовшись, разметала раздробленные керамические осколки по деревянному полу.
Похоже, это была последняя капля терпения.
От очередного моего лиходейства лицо Глафиры страшно исказилось. Вмиг поменяв черты лица. Казалось, сейчас передо мной воплотился совершенно другой человек.
«Что это с ней, не в настроении что ли?».
- Пошла п-прочь, чтобы д-духу твоего здесь не было! – начала истерично повышать голос, запинаясь на ходу.
Спохватившись, я со свистом вылетела из избы. Чего собственно ждала от своего наглого поступка. Никак поощрения. Глупая-глупая Маришка. Хорошо, что всё закончилось так мирно.
- Больше никаких безрассудств. Хватит с меня приключений. – Громко стуча зубами, на сей раз не от мороза, я поспешила домой. Возле которого меня с распростёртой улыбкой и небывалой величины букетом красных шипастых роз ждал Макс.
Завидев издали, он немедля развёл в стороны руки, видно думая, что я прыгну к нему, позволив заключить себя в такие опасно острые тиски.
"Хвала тебе сила небесная! Только его для полного счастья мне сейчас не хватало".
- Давно ждёшь? - спокойно произнесла, переходя с бешеного ритма сердца, бившегося, словно пойманная сачком бабочка, на более типичный ход для среднестатистического населения.
Оценила внешний вид Макса: джинсы - неизменный атрибут его гардероба, зимняя дублёнка на распашку; под ней надета сияющая белоснежная (это в темноте-то) рубаха. И почти в её тон новомодные кроссовки с неизвестным мне логотипом.
- Нет, ты довольно пунктуальна, хоть мы не договаривались.
- Шапку носить так и не научился, - подошла ближе, потрепав по густой шевелюре волос. Я и раньше так делала, но он всегда отстранялся, сейчас же стоял смирно. Огляделась по разным сторонам. На одном из свободных парковочных мест примостился чёрный внедорожник. - Я думала, мы погуляем.
- Так и есть, только на машине, потом поужинаем.
- Хорошо. Цветы поставишь в вазу?
- Ах, да, это тебе, - он улыбнулся, смутившись. Так, будто никогда ничего не забывал, а с сегодняшнего дня случился единственный в жизни провал в памяти, которого стоит стыдиться. И всё-таки осторожно приобнял. Так как цветы перешли в мои нежные женские ручки. И теперь я приобрела колющее оружие, которого стоит опасаться.