- Знаешь, ты права. Кисну здесь в ожидании...
« … чуда, не будем произносить вслух какого».
- Вот видишь, не зря я к тебе напросилась, между прочим, наглость - второе счастье, что бы ты без меня делала? От тоски померла. Ладно, засиделась я, пойду, ещё столько дел. И в магазин надо успеть. Тебе, между прочим, тоже не помешает, - окинув оценивающим взглядом, - отъезд парня, не повод забрасывать себя, он же на время уехал?
- Конечно! – Опять проверяет, любопытства ей не занимать. Наравне с бестактностью.
Одевшись, подруга вновь глянула на мой любимый кашемировый свитер (подумаешь второй год ношу) и, крикнув мимолётную фразу: «Не провожай!», - скрылась за дверью. А я вернулась на кухню. Убрала со стола, помыла посуду и уселась в кресло в гостиной.
Совершенно внезапно мой взгляд привлекла развёрнутая на журнальном столике газета.
- О! Видимо уронила с утра, собираясь впопыхах.
Хотела было закрыть, но… Эврика! Кто там раньше кричал эту фразу? Думаю человек не глупый.
Внутри меня вслед за бесконечно долго тянущимся утром зародилась надежда.
Покинув комнату, я добралась до шкафа в спальне. Раздвинула дверцы. И надо ли говорить, что Лера была права. Мне же нечего надеть и не только на праздник. Оттолкнувшись от этой мысли, я начала собираться. Пока наряжалась в то, что, посчитала, ещё далеко не вышло из моды, приметила на комоде фотографию счастливой пары. Задержав на ней взгляд, я недолго думая решила убрать ту в ящик, мало ли ещё кому взбредёт в голову расспрашивать меня в ближайшем будущем, пока я буду искать выдропарня.
И найду!
Я. Тебя. Найду.
И пусть звучит как угроза, но теперь я точно знаю, с чего мне начать. И не упущу эту возможность.
Учитывая то, что я второй раз за сегодняшний день, возможно не последний, выбралась на свежий воздух, его, действительно, стоит назвать выходным днём. Да как бы не пришлось переименовывать в честь знаменательного события. Я чувствовала, что-то определённо должно произойти, но пока не могла понять до конца, с какой из сторон ожидать очередного сюрприза.
Не могу сказать, что план простой, но другого выхода на момент просто не нашлось. И так я подошла к дому, ничем особенным не отличающихся от других таких же домов и нажала на кнопку домофона. Если честно не хотела - судьба вынудила, и почти сразу услышала знакомое:
- Кто? - В голосе отчётливо слышались ноты недовольства.
- Звенцова Марина.
После такого не хитрого действа прозвучала… тишина? Ещё точнее меня проигнорировали. Ах вот как мы встречаем свою старую добрую любовь!
Кто бы что ни подумал, это была крайняя мера и из разряда просьба не повторять, работают профессионалы.
Вон тот снежный комок или камень, который я приметила, в общем, тяжеловат, но для дела как раз подойдёт.
Я, конечно, подумала, прежде чем пойти на такой шаг. Как же это называется, хулиганство? И когда прицеливалась, в знакомое лобовое стекло машины цвета металлик тоже ещё раз подумала. Но на моё счастье, хотя всё же на счастье выглянувшего с балкона молодого человека и прокричавшего с него что-то вроде «безрассудная» и «сейчас выйду», это я приукрасила. На самом деле брань была такая, что даже в мыслях повторить будет стыдно. Я благоразумно откинула камушек в сторону. И осталась дожидаться того, кто спустится на меня с праведным гневом. Не иначе.
- Звенцова! – Услышала разъярённое шипение над ухом.
Быстро, однако.
И осторожно повернувшись лицом к лицу к своему оппоненту, спокойно и невинно так, насколько могла, подтянув взгляд, проронила:
- Да я только хотела протереть (дырку в лобовом стекле), не больше.
Но, парень, окинувший меня сверху донизу недоверчивым взглядом, и застряв на мне этим самым взглядом, решил закончить мою оправдательную речь.
- Никто тебя об этом не просил. - И ладно уже спокойно, а не так как с балкона.
Совесть, видите ли, в нём взыграла перед соседями. Раньше надо было приветствовать добрым «обещанием». Теперь же у меня нет никакого желания проводить мирные переговоры. Но, может, и кричал он от того, что находился дальше, чем хотелось бы в то, красноречивее всех слов, мгновение.
Пока я раздумывала, как бы продолжить нашу, с великой натяжкой, но пока хотелось бы дружественную беседу. Хоть уже намеревалась, под его испытывающим (мне ли не знать) коронным взглядом, выложить то зачем явилась. Макс – красивый (всё ещё заглядеться можно) крепко сложенный высокий брюнет, сразу видно закалённый парень, с голубыми проникновенными глазами, перевернул мою идейную мысль.