- Ну-ка прекратили концерт! – бурчит мужчина недовольно, но делает это как-то по-доброму, будто журит детей за мелкую шалость. – А ты, девонька, как здесь оказалась? Знаешь же что по этому лесу праздно шататься нельзя? Не для прогулок этот лес.
- Как нельзя? Вы же тут, — резонно замечаю, краем зрения отмечая, как мужчина подхватывает с земли топор.
- Лесничему можно, — смеется он, но потом с опаской озирается и добавляет: - Но только до границы с аномальной зоной.
- Ано-мальной? – с неким подобием ужаса уточняю.
Дура ты, Варя! Ну конечно аномальная! Где ещё живут такие психи как Шмелёв? В лесу полном леших, кикимор, болотных тварей и прочей нечисти. Он здесь среди своих. А вот этот милейший мужчина и его пёс Туман кажутся вполне себе безопасными.
- А позвонить от вас можно? – с надеждой спрашиваю.
- Можно, конечно. Отчего же нельзя то? – бубнит себе под нос мужчина, размеренной поступью шагая к деревянной постройке, в окнах которой горит тусклый свет.
О, как. Я её не сразу даже заметила.
- В строжке имеется спутниковый телефон.
- Спутниковый? – почему-то цепляюсь за этот факт.
- Ну да. Другие в этих краях не ловят.
- Ладно, — беспечно киваю, — пойдемте.
Смахиваю с волос еловые иголки и шмыгая носом плетусь за незнакомцем.
Туман виляя хвостом, похожим за бублик, решает составить нам компанию.
И как я могла перепутать его с диким зверем? Разве у волков бывают такие милые плюшевые хвостики?
***
Мёртвой хваткой сжимаю ручку алюминиевой посудины, до краёв наполненной травяным чаем, и медленно делаю первый глоток. Вкуснотища! Только вот ручка, как и сама кружка обжигающе горячими оказываются. Держаться неудобно, но безумно вкусно из неё пить травяной настой.
«Да, Варя, это тебе не костяной фарфор в обеденной зале ресторации», — весело отмечаю про себя, продолжая наслаждаться по истине атмосферным домом. Эта покосившаяся от старости лачуга кажется мне сейчас самой уютной во всём белом свете. И безопасной, так как здесь нет Шмелёва.
- Вы упомянули аномальную зону, – торопливо отхлебываю настойку из луговых трав, наблюдая как мужчина в потёртой фуфайке оливкового цвета копается в спутниковом телефоне, что-то настраивая. – Здесь правда такая есть? Расскажите.
- Что тут рассказывать? Ходу туда всё одно нет, – ворчливо роняет мой не шибко говорливый собеседник, чья седая голова намекает на довольно продолжительную жизнь этого человека.
Странно это. Лицо вроде бы моложавое, а серебристые вьющиеся локоны как у древнего старика.
- А сами вы здешний?
- Да, из этих мест буду. Десятый год почитай как жена моя померла, я тут – в сторожке – егерем служу. – Оборачивается, глядя в окно, кивает в неизвестном направлении. - Да здесь недалеко. Если с главной дороги налево свернуть, так через два километра ещё один поворот будет – как раз в мою деревню. Пара домов осталась всего-то. Эх, какая деревня была… – задумчиво протянул он.
Туман улегся на мягкий подстил около растопленной печи и, вытянув лапы вперед, положил на них морду. Я же превратилась в одно сплошное ухо.
– В шестьдесят восьмом году сто с лишним домов стояло и все жилые. Рядом озеро да лес. Так что грибами, ягодами деревенские были обеспечены. Кто на озеро через лес рыбачить ходил, а у кого хозяйство имелось. В общем жили хорошо. Не на что жаловаться. А уж после восьмидесятых начали за этим лесом дачи строить для академиков, профессоров, директоров предприятий и партийных деятелей. Так и начался передел леса и местного озера. Для них то был отдых, а для деревенских – необходимость. И не знаю чем бы тот конфликт кончился, да только много странностей стало происходить в том лесу. Девчонки молодые пропадать начали, да парней деревенских в беспамятстве находили. До того дошло, что местные перестали в тот лес ходить. Только самые рисковые за грибами и ягодами отправлялись. - Рассказчик, увлеченный починкой какой-то детали в спутниковом телефоне, ненадолго смолк, но когда экран аппарата связи начал мигать, мужчина вернулся к повествованию: - Я ту местность хорошо знаю. Сам ещё ребенком был, бегал в тот злосчастный лес. Помню, нашли мы с ребятами люк железный, да только открыть не сумели. Где один, там другой отыскался. Ни у кого из наших не получилось вскрыть мудреную систему. Я подумал, может после войны остались ещё люки эти. Да черт разберет что за ними хранится. После того как истерзанные тела людей находить стали, из управления выслали спецов, да только и они ничего в том лесу не нашли. Табличку поставили мол «зона радиации» и местных всех разогнали. Так деревня моя потихоньку погибала.