Пятьдесят тысяч, вложенные в дело, резко ускорили все наши работы абсолютно везде: в Торопово, на шахте, в Воротынске и Сербском.
Милош с Драгутином поучили пять тысяч на ремонт и перестройку будущих конюшен и старые здания на глазах стали преображаться. Они предлагали сделать это на свои деньги, но мы решили, что пусть они лежат до лучших времен, а вернее до осени, когда наконец-то наши господа сербы собираются жениться.
Пантелей ещё раз объехал округу и на этот раз искал не только коров, но и хороших рабочих лошадей.
Незаметно подошло время «собирать камни», и первым таким камушком стал начавшийся сенокос.
Я с трепетом в душе ждал его начала, хотя и видел, что трава везде заглядение. Вид участков, где были подсеяны клевер, вико-овсяная смесь и люцерна, иногда вызывал даже какой-то ступор у наших мужиков. Они замирали, глядя на высокую сочную траву, и было видно, что ждут начала сенокоса с такими же чувствами, что и я.
— Батюшки, — качал головой старый Сидор, — сроду такой травы не видывал. Как лес стоит!
— И правда, — поддакивал Антон. — Чуть ли не в пояс кое-где будет, не меньше.
Погода нас не подвела, и сенокос даже начался немного раньше обычного.
Через неделю у Антона и Сидора началась тихая паника. Сена уже было заготовлено столько, что все имеющиеся сеновалы и построенные новые оказались забиты под завязку.
— Барин, — подошёл ко мне Антон, почёсывая затылок, — а куда ж мы ещё сено девать будем? Сеновалы все полны.
Наша «подсевная» кампания дала блестящий результат: продуктивность угодий, где всегда заготавливали сено, резко увеличилась, а коллективный труд повысил его общую производительность.
Я посмеялся над его растерянностью:
— А что, раньше вы всегда готовое сухое сено хранили только на сеновалах? В полях стога не ставили?
— Конечно ставили, — ответил Сидор, — но в этом году вроде от этого решили отказаться. Сеновалов то сколько понастроили.
— Вот видите, выходит мало и теперь придётся вернуться к старому, — улыбнулся я.
Стога стали ставить ровными рядами возле скотных дворов — ровные и аккуратные, как солдаты на параде.
На бывших пустошах пока ни сеновалов, ни скотных дворов не было, и стога сена там стали ставить, конечно, в поле. Они тянулись длинными цепочками, радуя глаз.
— Когда ляжет снег, вывезем оттуда всё, — объяснил я Антону. — А может, и продадим в соседние усадьбы и деревни. Спрос на такое сено будет.
— С руками и ногами оторвут, только дай, Мужики вон только и говорят, что такого сена ни в жисть у нас не было, — согласился со мной Антон.
Перед началом уборочной выдалось несколько дней отдыха. Мужики, довольные итогом сенокоса, готовились так же дружно и организованно начать и быстро провести уборочную.
Погода пока не подводила, и год обещал быть очень удачным — по крайней мере, для нас. Наверняка где-то были летние природные катаклизмы, но в наших краях была тишь да благодать. Как по заказу прошли очень нужные теплые дожди, после которых все забушевало, особенно много было грибов и ягод.
Я не раз вспомнил одного своего товарища, который приезжая от родителей, а две недели летом провести в родном гнезде у него было святое, каждый раз смеялся над теми, кто удивлялся и восторгался его юхному загару в любой год.
Он в отличии от меня, большую часть года работавшего под открытым небом, трудился к кабинете, где почти все его оффисные товарищи за загаром ездили на юга. А он к родителя в деревню средней полосы. На вопросы как он умудряется это делать во время, например, сплошных летних дождей, о которых с огорченным видом каждый день по телевизору вещуют метеогуру профессора Вильфанд и Беляев, мой товариш заразительно смеялся о отвечал:
— В нашей деревне место заколдованное, везде холодище и дожди, а у нас тепло и солнечно.
Однажды во время большой праздничной пьянки, которые стали называть корпоративами, он на честном глазу и с совершенно трезвым видом, рассказал, что его родной деревне Гадюкино, точное название я не помню, почти не бывает природных катаклизмов.
Слово почти означает, что если например, у них идут сильные обложные дожди, то у них они тоже есть, но крайне редко чтобы весь день. Такого, чтобы дождь лил не переставая сутки или вообще больше мой друг вообще не помнил. Везде в округе льет, а у них раз-два и солнышко выглянуло, подсушило, скрылось и опять дождь. Если жара и сушь, то наоборот. Я как и все посмеялся, но на следующий год напросился в гости и убедился, что так и есть.
Вот инаши сосновско-тороповские земли оказались тоже именно такими. Даже поздние весенние заморозки не сильно подпортили нам, хотя в некоторых местах они были не шуточные, а в одном из уездом севера губернии были даже и первого июня.