Ибрагим-паша и Сулейман-бей не только подписали продиктованный генералом Куприным текст капитуляции египетского паши, но и были арестованы до выполнения её условий. Их поместили под охрану в одном из помещений цитадели.
Условия были суровыми. Александрия отходила от Египта не на время выполнения условий капитуляции, а навсегда, в совместное владение Великобритании и России. Александрийский патриархат переходил под покровительство российского Государя. Точные границы и размеры отходящего от Египта Александрийского генерал-губернаторства будут определены позднее, после выполнения всех условий.
Специальные уполномоченные генерал-губернатора будут объезжать все владения Мухаммада Али, и если будут обнаружены насильно удерживаемые христиане или следы работорговли, виновные будут расстреливаться тут же без суда и следствия.
На территории генерал-губернаторства будут действовать свои законы. Позднее, в рабочем порядке, их разработает специальная англо-российская комиссия.
После выполнения условий капитуляции будет разработано и подписано трёхстороннее экономическое соглашение. Естественно, англо-египетско-российское.
Первым генерал-губернатором будет назначен генерал Чернов. И у него будет просто уникальный статус: его добровольное согласие будет обязательным условием для замены на этом посту. Фактически это пожизненное назначение, если он сам не захочет уйти.
Но больше всего меня поразило полное отстранение от дележа шкуры убитого медведя потомков гордых галлов. Французы остались ни с чем. Как Дмитрию Васильевичу удалось это сделать, он мне подробно не рассказал, только намекнул, бросив как бы невзначай фразу:
— Дураков и провокаторов нужно наказывать, Александр Георгиевич. Французы слишком много себе позволили в этой истории.
Судьба штабс-капитана Судакова обсуждалась отдельно. Адъютант Сулейман-бея оказался очень сообразительным человеком и сразу же, чуть ли не с порога, выложил список всех русских офицеров и солдат, оказавшихся в Египте. Всё оказалось очень просто.
Сулейман-бей, будучи наполеоновским офицером Жозефом Севе, был очень впечатлён русской армией, особенно её гвардейскими частями. Битва под Лейпцигом и взятие Парижа произвели на него неизгладимое впечатление.
Став организатором новой египетской армии, он решил привлечь к этому делу русских офицеров и нижних чинов, чтобы обучать египтян по русскому образцу. Поскольку добровольцев найти не удалось — мало кто из русских захотел бы служить мусульманскому правителю, — он придумал оригинальный способ решения этой проблемы. Проще говоря, он организовал похищения.
Но он всё же решил проявить гуманизм. После пятнадцати лет службы у него русским была обещана свобода и хорошее денежное вознаграждение. Но не все соблазнились этой морковкой, и примерно треть похищенных за отказ служить сидела в египетских тюрьмах. Среди них был и штабс-капитан Судаков, который категорически отказался обучать «неверных» и предпочёл заточение.
— Завтра утром, — сказал мне Дмитрий Васильевич, — вы с Василием Георгиевичем отправитесь в Каир. Найдете Судакова и всех остальных наших соотечественников. Это теперь первоочередная задача. Генерал Чернов предоставит вам конвой и все необходимые документы.
Так закончилась Александрийская операция. Город был взят, условия продиктованы, пленные захвачены. Мы победили, но эта победа оставляла странный привкус во рту. Слишком много крови, слишком много вопросов, на которые не было ответов.
Впереди нас ждали Каир, где я надеясь найти живым штабс-капитана Судакова. И наверное там будут новые приключения в этой загадочной, жестокой и прекрасной стране. Хотя всё это мне уже прилично надоело.
Глава 20
Третье января продолжило приносить потрясающие новости и известия. Мухаммад Али, похоже, совершенно утратил чувство реальности и сделал нам огромный подарок. Хотя возможно, это было дело рук его генерала Сулеймана-бея.
Но на самом деле было непринципиально, кто это сделал. Несколько частей египетской армии нового строя — так мы, русские офицеры, оказавшиеся в Александрии, стали называть части египетской армии, в своё время были сформированы этим франко-египетским военным деятелем.
Они на практике оказались намного боевитее и эффективнее старой египетской армии, на наш взгляд, только за счёт одного. Сулейман привлёк для обучения и командования личным составом иностранцев, которые сами были хорошими воинами и понимали значение воинской дисциплины и внутреннего корпоративного духа армии.