- Ваше Сиятельство, — мягко заговорила миссис Барнси, - позвольте напомнить, что настал момент серьёзно подойти к изучению местных обычаев и основ политики. Ведь нужно будет подготовиться к вашему появлению при дворе, и придётся разбираться во многих вопросах, связанных с правилами поведения и принятием ключевых решений.
Я согласно кивнула, соглашаясь с необходимостью освоения нового материала. Мы условились, что будем заниматься ежедневно, и миссис Барнси будет читать лекции, рассказывая о культуре, традициях и истории Империи. Также было принято решение, что Люси, на правах старшей из девушек, станет экономкой поместья, а Мари – личной горничной. Мне пояснили, что наличие надежного помощника рядом крайне важно, и я сочла такое распределение должностей правильным.
Пока мы завершали обсуждение учебного плана, снаружи послышался негромкий гул голосов и звон. И мы дружно вышли на крыльцо, чтобы посмотреть, что там происходит.
Выяснилось, что это прибыли обещанные старостами обеих деревень помощники. Несколько мужчин, женщин и подростков, явно знакомых друг с другом, теснились вокруг двух телег, запряжённых лошадьми. Работники оживлённо переговаривались, пожимая друг другу руки и обмениваясь шутками, создавая дружелюбную атмосферу.
Когда мы появились на пороге, голоса стихли, и люди посмотрели на нас, кто с откровенным любопытством, кто с некоторой толикой тревоги. Почувствовав некоторую настороженность и робость, мне хотелось смягчить первое впечатление. Они не знали, чего ожидать от новой владелицы поместья, и я их прекрасно понимала.
Тут от толпы отделились двое мужчин и направились к нам. Сняли головные уборы и низко поклонились. Тот, который оказался побойчее проговорил: - Вашсиятельств, — бойко обратился один из мужчин, представляясь, — меня Мартином величать, я с Добропчелок буду. А это Дерек, он с Лунных Чешуек. Нас старосты на подмогу сюды отправили, велели честь по чести все сделать. Авось кого на работу постоянную возьмуть.
Отметив про себя потешные названия деревушек, я благосклонно кивнула, вживаясь в роль хозяйки, и приветствуя их. А Люси и Мари шустро начали распределять людей под свое начало, определяя фронт работы.
Как я поняла, платить за работу прибывшим было не надо, это являлось своеобразной повинностью для жителей подвластных земель. И в свете последних событий это радовало. Также старосты выделили лошадей для кареты, на которой мне предстояло объехать владения. И я решила, не откладывая дело в долгий ящик, сразу же отправиться в маленькое путешествие. Поскольку по статусу мне не дозволялось это проделать одной, со мной вызвалась ехать Мари, чему я была откровенно рада. После того как мужики привели в надлежащий вид транспортное средство, благо дело карета была исправна, мы отправились в путь. Вызвался нас везти все тот же шустрый Мартин с Добропчелок, который оказался племянником старосты, мужчина средних лет с огненно-рыжими волосами. И повез он нас сначала, естественно в Добропчелки: - Тут рядом совсем, не больше часа езды будеть, а Чешуйки то Лунные в противоположной стороне, чуть поболе часа ехать от поместья надобно, - объяснил он, закрывая дверцу кареты.
Старая карета оказалась вполне добротной и просторной. Местами были потертости и мелкие недочеты, но, по словам мужиков, легкоустранимы. Внутри стены были обшита выцветшим материалом, но лавки были широкими и удобными. Предусмотрительная Мари захватила подушки на сиденья, и благодаря этому наше путешествие стало еще комфортнее. Чувствовалось, что у кареты были предусмотрены рессоры, поскольку движение было сравнительно плавным и мерным.
Мы прильнули к единственному окошку, и с жадностью натуралиста взирали на окрестности. Яркое солнце приближалось к зениту, и на небе не было ни единого облачка. Поля и луга, усыпанные цветами, оккупировали целые стаи разноцветных бабочек. А горы, видневшиеся вдали, были словно, высеченные умелым скульптором, статуи.
Оказавшись наедине с девушкой, я, наконец, смогла распросить подробнее о ней и Люси. Как оказалось, Мари недавно исполнилось пятнадцать лет, а Люси шестнадцать. Я удивленно подняла брови, на что Мари ответила: - Обычно, простой люд выглядит старше своих лет, нежели господа. — Правда твоя, — согласилась я, подумав. – Все-таки тяжелый физический труд, и не только, накладывает свой отпечаток.