- К товарищу Фриновскому заходил с этим ? – спросил Корчагин, кивнув на рапорт. Я повёл головой, словно воротник жмёт:
- Нет. Вы сами доложите. А о деталях ни вам, ни ему знать не обязательно… Старший майор растерялся было на такую наглость, по быстро понял: не спроста я такое сказал – значит так надо ! Лишние знания – проблемы в будущем ! А что я не доложил Фриновскому – так всё управление знает, что между нами пробежала чёрная кошка. А вот почему ? Так меньше знаешь – крепче спишь ! И… Любопытной Варваре на базаре нос оторвали… А здесь – могут оторвать кое что посерьёзнее ! Потому лишь кивнул согласно… Вышел из кабинета и домой. А Борисов с Хафизовым пусть потрудятся: им же нужно будет написать рапорта о своих действиях по приёму грузов и отчитаться о расходах на поездки по стране. И в поездах и в служебных самолётах: встречать груз пришлось в разных точках Советского Союза… Хотя мы официально в отпуске, но наши действия я представил как действия сотрудников отдела, потому плюс идёт всему отделу и начальнику отдела тоже. А то, что он не в курсе – так об этом знаем только мы двое ! Потому я и попросил его создать нашим действиям легенду-прикрытие. Это в силах начальника отдела и хорошо от этого всем…
Вернулись Борисов с Хафизовым… У Колюни на лице устало-обиженное выражение: и с отпуска я его выдернул и работать заставил и самое ужасное – писать ! Но я то понимаю – это маска… А Алишер… Посмотрел на физиономию друга, хлопнул по плечу:
Терпи товарищ лейтенант ! До капитана вырастешь. Может быть… Колюня ухмыльнулся в ответ:
- Это не ко мне, мелкий… Это для тебя пожелание… А я, с таким командиром и до майора вырасту ! Вот только больно хлопотный он ! Нет, чтобы сидеть на месте да нас возле себя держать – мотается чёрте где и нас с собой не берёт, что обидно ! И состроил обиженную рожу…
Посмеялись, позубоскалили… И разъехались: Борисов к отцу – а что ему в Москве делать ? Пусть девушки и женщины от меня отдохнут… -похвастался горделиво, глядя на тихоню Алишера. Алишер уехал в Тушино – к семье. А я… Я завалился на кровать: бока отлёживать, да очередную пакость Западу обдумывать. А что – нечего им там расслабляться – в Европах. Утром пошёл в управление: по отделам пройтись, окинуть хозяйство свежим взглядом, подкинуть работёнки сотрудникам – чтобы жизнь раем не казалась. Надо отрабатывать хлеб с маслом, сыром и копчёной колбасой…
В кабинете меня и выловил секретарь Фриновского. И… пригласил к начальнику. Так и сказал: товарищ первый зам наркома приглашает меня к себе… Это что то новенькое, хотя о чём пойдёт речь я знаю. Пришёл, доложился сухо от порога: По вашему вызову прибыл…
- Приглашению, Михаил – приглашению… - добродушно встретил меня Фриновский и подойдя ко мне первым протянул руку. В демократичность играем… Ну… ну… Я же вижу – как ты напряжён !
- Что ж ты, товарищ Степанов… - укоризненно продолжил первый зам – не зашёл ко мне, не доложился… И к товарищу Сталину без меня зашёл… И тон вроде добродушный, но вижу же – еле себя сдерживает… Что ж -пора тебя ставить на место и напомнить тебе – кто есть кто !
- А зачем мне к вам заходить ? – начал равнодушно – у меня есть начальник – ему и доложился. Проведённая операция – инициатива "Странника". Вы к ней какое отношение имеете ? И успешный результат – наша заслуга, вы здесь ни при чём. Так для чего мне идти к товарищу Сталину с вами ? – равнодушно бросал слова в нагнетающуюся грозовыми разрядами тишину кабинета, видя как наливается багрянцем физиономия первого зама наркома. А что – разве не так ?! Вот пусть и прочувствует ситуацию до конца… Вот пусть он и поймёт: халявы за мой счёт больше не будет ! Видя, как побагровевший Фриновский открыл рот – уж не знаю для чего: то ли для гневной отповеди, то ли для банального ора, опередил грозу в кабинете, продолжив жёстко – без скидки на должность и звание:
- Вы, товарищ Фриновский, в последнее время, стали обычным начальником-прилипалой, изображающим энергичные действия и снимающим сливки с деятельности ваших подчинённых… Молчать ! – рявкнул я, видя что начальник готов взорваться в негодующем крике.
- В операции с Троцким вы принимали непосредственное участие. И после тоже… А потом – как то незаметно для себя, но не для меня, стали изображать руководство, благо всё делал я и "Странник". И обнаглели до того, что даже не удосужились представить меня и тех, кто мне помогал, к наградам ! Везёт рабочая лошадка воз – вот пусть себе и везёт дальше – не так ли ? Так вот я и провёл эту операцию и доложил о ней сам. А товарищ Сталин – думаю, сделал себе заметочку на память ! Ещё одна такая успешная операция и товарищ Сталин может сделать вывод, что товарищ Фриновский зря занимает должность первого зама наркома. А уж товарищ Берия как будет рад ! – давил безжалостно, видя как с лица начальника сползает багрянец, уступая место непривычной бледности. Так надо – встряхнуть его, поставить на место и заставить работать. На меня, а не на него…