- Так кто ж знал, что эти бандиты до такой степени обнаглеют… -горестно посетовал атаман. – Дочку, конечно жалко – дуру, да вот только и остальных тоже. И что станичники скажут ? Не уберёг, атаман…
- Мы то за ними бросились вдогонку: те, хоть и на лошадях, да много их и пленные ещё… Но они по натоптанной тропке вышли к Амуру-батюшке и на другой берег ! А нам туда дороги нет – другая страна. Жалко наших, но за переход границы по головке не погладят ! – выдохнул горько атаман...
- Хорошо знающие те места у тебя найдутся ? – спросил осторожно. Атаман воспрянул духом, подался с надеждой ко мне:
- Да я сам с вами пойду ! Покачал головой:
- Тебе нельзя, но вот пять-шесть опытных казаков мне не помешает. И чтоб они крови не боялись… Атаман закивал:
- Будут… Будут тебе и пять и десять казаков ! Очень уж мы злые на Толстого Вана ! Гадит он нам, собака – как только может ! Оп-па ! Знакомец…
Хотел оставить в станице Резникова, но тот упёрся – Я с вами ! Зря я, что ли, пот на тренировках проливал и патроны сотнями пожёг ?! Взял, конечно – пусть повоюет. В это время каждый должен быть воином ! Выбрал ещё восемь казаков из двадцати, что изъявили желание посчитаться с хунхузами. Захотели то все, но взял только восьмерых, что мне показались самыми адекватными в плане подчинения. Отобранным так прямо и сказал:
- Выполняете все мои приказы беспрекословно ! Иначе – остаётесь здесь. Кто – там, зря раскроет рот не по делу или поперёк – там и останется. Сам пристрелю – потому как имею желание вернуться обратно ! Казаки выслушали пацана; поухмылялись в бороды, но согласились. Вот и славно.
Пока суть, да дело – сумерки накрыли укрытую, пушистым белым одеялом, землю… Самое то для выхода: в темноте нас не разглядишь, а то приезжал в станицу начальник погранзаставы, да сильно переживал по тому, что случилось. А в глазах – полное равнодушие к лучившемуся. А как закончил – к нам пристал: кто такие, да откуда, да зачем ? Вроде всё верно – по инструкции, но вот кажется мне – другой у него к нам интерес ! Я и ответил ему грубо: Документы и сопроводительные бумаги видел ? Чего тебе ещё надо ? Иди – занимайся охраной границы и не лезь в чужие дела ! Обиделся: сел на коня и уехал с сопровождающими его бойцами…
Перешли Амур по широкому следе, оставленному отступающими хунхузами и дальше пошли как по проспекту… И хунхузы на низеньких лошадках и угнанные у станичников кони вытоптали приличную тропу в полуметровом снегу. А мы идём пешком – загруженные "по самое горло": нам такой подарок от бандитов самое то. Сказал бы им спасибо, да бандиты они и грабители ! Какое им спасибо ? Пуля – вот наша им благодарность…
Мне пришлось походить и по летней тайге и по зимней. И не раз… Летом даже нашёл женьшень, правда маленький – сантиметров пять в длину. Оставил – по просьбе охотников – пусть подрастёт… А зимой ходил со звероловами на тигра… Заказ им поступил официальный, а я – вроде как представитель заказчика. Вот и покуролесил по зимней тайге, да в отлове поучаствовал. С винтовкой со снотворным был последним рубежом обороны ! Так что шёл я впереди – в авангарде. Рядом со мной Устин – старший среди казаков. А мои помощники в арьергарде – тылы наши охраняют… Шли мы с Устином ходко, сменяя друг друга, но так, чтобы остальные не растягивались. Все с оружием на боевом взводе: патрон в патроннике – осталось только на курок нажать ! Полезная необходимость – если хочешь прожить подольше… А так – по ночной зимней тайге, да ещё и по проторенной дороге идти одно удовольствие ! Серебристое сияние луны прорывается и широким потоком и тонкими лучиками сквозь листья и ветки деревьев; снег искрится холодным безжизненным светом; в лесу тишина абсолютная ! Не трещат кусты и ветки, оповещая о приближении чего то крупного или опасного; не пролетают над головами птицы; не стрекочут цикады и не светятся в ночи светлячки… Разве что беззвучно опадёт с ветки снежная шапка, да выстрелит сухим треском замёрзшее дерево… Идиллия, если бы не мрачные тени рядом с деревьями, из которых – так и кажется, выскочит в мертвенно-бледное серебристое сияние какая-нибудь нечисть !