— Я купила для внука ваши четыре книги о Дэвиде. Они просто восхитительны. Вы пишете сейчас следующую? — спросила Джен.
— Я решила развернуть действие на Кейпе в конце семнадцатого века. Я начала собирать материал для этой книги.
— Какая жалость, всего несколько лет назад можно было бы поговорить с Фоби Спрэгью. Она была большим историком и готовила материал для книги о Ремембер-Хаус. Может быть, Генри позволит вам посмотреть ее записи.
Вечеринка закончилась в половине одиннадцатого. По дороге домой Менли рассказала Адаму о предложении Джен Палей.
— Ты думаешь, что это было бы слишком нахально попросить у мистера Спрэгью записи его жены или, по крайней мере, спросить, где она нашла свой материал?
— Я знаю Спрэгью всю свою жизнь, — сказал Адам. — Я все равно собирался заглянуть к ним. Кто знает? Может быть, Генри будет приятно поделиться с тобой исследованиями Фоби.
Когда они приехали, Эми смотрела телевизор в гостиной.
— Ханна не просыпалась ни разу, — сообщила она. — Я заходила к ней каждые полчаса.
Когда Менли провожала девушку до двери, Эми застенчиво сказала:
— Я чувствую себя очень неловко, что наболтала вам о комнате Ханны. Мне кажется, это все из-за той истории, которую Керри Белл всем рассказывает о колыбели, которая сама раскачивается и покрывале, смятом так, как будто кто-то сидит на кровати.
Менли почувствовала, как у нее пересохло горло.
— Я не знала об этом, но это странно.
— Еще бы. Спокойной ночи, миссис Николс.
Менли сразу пошла в детскую. Адам уже был там. Ханна безмятежно спала в своей любимой позе, с руками за головой.
— Мы не можем больше называть ее «ваша капризность», — прошептал Адам.
— Сколько же у нас имен для этого ребенка? — спросила Менли, ложась в постель через несколько минут.
— Я не умею так долго считать. Спокойной ночи, моя сладкая, — Адам крепко обнял ее. — Надеюсь, тебе было хорошо сегодня?
— Да.
Позже она шепнула:
— Мне не хочется спать. Тебя не побеспокоит, если я немного почитаю?
— Ты же знаешь, что я могу спать на празднике огней, — Адам поправил подушку. — Послушай, когда Ханна проснется, потряси меня. Ты вставала к ней всю неделю.
— Прекрасно.
Менли достала свои очки для чтения и начала читать одну из книг по истории раннего Кейпа, которую нашла в библиотеке. Книга была толстая, с покоробленной от воды обложкой. Пропитанные пылью листы слиплись. Одно это делало чтение захватывающим.
Ей было интересно узнать, что мальчики уходили в море всего в десять лет, а некоторые становились капитанами собственных кораблей едва достигнув двадцати. Менли решила, что в новой книге будет интересно рассказать о мальчике из семнадцатого века, который посвящает себя мореплаванию.
Она начала главу, в которой давались краткие биографии наиболее выдающихся мореплавателей. В глаза бросилось знакомое имя. Капитан Эндрью Фримен, родился в 1663 году в Брустере, ребенком пошел в море и стал капитаном собственного корабля «Удача» в двадцать три года. Лоцман и шкипер, он обладал репутацией абсолютно бесстрашного человека, и даже пираты научились не трогать его. Фримен утонул в 1707 году, когда вопреки здравому смыслу вышел в море, зная о надвигающемся норд-осте. Сломались мачты, корабль пошел ко дну и затонул со всем экипажем. Обломки выбрасывало на многие мили вдоль Мономойской отмели.
Мне надо побольше разузнать о нем, подумала Менли. Когда в два часа она наконец положила книгу на тумбочку и выключила свет, то чувствовала возбуждение, всегда приходящее к ней, когда сюжетная линия четко выстраивалась в голове.
Ханна начала шуметь без четверти семь. Как и обещала, Менли разбудила Адама и снова закрыла глаза. Через несколько минут он вернулся с еще полусонным ребенком, прижатым к груди.
— Менли, зачем ты ночью положила Ханну в колыбель?
Менли резко села и уставилась на него. Смущенная и слегка встревоженная, она подумала, что не помнит, как ходила ночью к Ханне. Но если я скажу это, Адам решит, что я сошла с ума. Вместо этого она зевнула и пробормотала:
— Когда Ханна проснулась, она никак не могла успокоиться, поэтому я немного покачала ее.
— Я так и подумал, — согласился Адам.
Ханна подняла головку и повернулась. Шторы были опущены и приглушали проникающий по краям свет. Ханна зевнула и приоткрыла глаза, потом улыбнулась и потянулась.
В полумраке комнаты она так похожа на Бобби, подумала Менли. И просыпался Бобби так же, зевая, улыбаясь и потягиваясь.