— Хитрая же ты штучка, Юля. Я не подозревал в тебе столько коварства. Прямо настоящая Кармен. Но все эти бумаги можно восстановить. Потом наверняка где-то хранятся их копии.
— Ты как не от мира сего! — воскликнула она — Ты думаешь, что Кривонос сидел, сложа руки? Если копии и были, то он давно их уничтожил. Тебе нужен оригинал.
— Неплохо, конечно, иметь свой магазин. Но ничего, проживу и без него. Меньше хлопот, — сказал я. — Кстати, Юля. Я слышал, что мой дядя погиб по вине Помойника.
— О! Дался тебе этот Помойник, — хмыкнула она.
— Но люди говорят о нем вполне серьезно.
— Мало ли о чем они серьезно говорят. Но кто именно?
— Ну, бомжи с полигона.
— Хо-хо-хо. Нашел, Володя, кого слушать. Они соврут — недорого возьмут.
— Еще вот Марек.
— Марек? Он не меньший сочинитель. Нет, ты такой же чудак как твой дядя. Виктор тоже в него верил. К тому же полагал, что тот является его покровителем. Представляешь, как замкнуло человека? Он заказал даже сделать барельеф с его изображением.
— Это тот, что у вас снаружи? — спросил я.
— Ну да. Только на нем ничего не поймешь. Скульптор попался пропойца из пропойц. Каких свет не видывал. Ой, а как вешали этот барельеф! Комедия! Целый месяц крепили его с Виктором к стене…
Юля замолчала. В магазине появилось трое новых покупателей. Немолодая, привычно и беззлобно переругивающаяся, супружеская пара. И замшелый старичок в ватнике и штанах-галифе, в которых, вероятно, еще его дед воевал в гражданскую войну.
Продолжать при посторонних наш разговор было нельзя. Поэтому я простился с Юлей и вышел на залитую солнцем улицу. Мне хотелось рассмотреть изображение на барельефе, что висел на фасаде магазина. Изображение странного полусогнутого существа, напоминавшего чем-то рисунки снежного человека.
Впрочем, изучал я его недолго. Вскоре мое внимание привлек серебристый джин «ниссан» на обочине дороги. Но еще больше меня заинтересовали два парня, стоявшие рядом с машиной.
Вот кого я не ожидал здесь и сейчас увидеть! Это были те самые парни, которые устроили зимним вечером налет на бутик, охраняемый мною! Те самые парни, по чьей вине я угодил в больницу и получил группу инвалидности!
— Вован! Дорогой ты наш! — воскликнул один из них и, огибая лужи, устремился ко мне. — Что за встреча! Ну, как старых фронтовиков! Мы израсходовали почти весь бензин, пока искали тебя. Но, как говорится, на ловца и зверь бежит. Между прочим, меня зовут Алекс, — он взял меня под локоть и повел ко второму парню, оставшемуся возле джипа.
Само собой, происходившее меня не радовало. Но я не противился парню. Решил сначала выяснить, чего это вдруг им от меня понадобилось.
— Смотри, Фролик, он прекрасно выглядит. По нему не скажешь, что он недавно лечился в больнице, — широко улыбаясь, произнес Алекс.
— Ага, не скажешь, — подтвердил его приятель.
— Он прямо-таки цветет и пахнет.
— Одно слово, Алекс, персик.
— Хотя забрался ты, Вован, в несусветную глушь. Но зато на лоне родной природы. У нас за тебя душа радуется.
— Да. Уголок сказочный. Я бы тоже здесь пожил, — добавил Фролик.
— Успеешь еще. А пока давай дыши свежим воздухом.
— Зачем вы приехали? — спросил я.
— Вопрос по существу, — кивнул Алекс. Достал пачку дорогих сигарет, раскрыл и протянул мне.
— Не хочу. Так, зачем вы приехали?
— Где бы нам здесь с тобой потолковать? У нас к тебе серьезный разговор. Конечно, мы не рассчитываем, что ты пригласишь нас к себе домой. Но есть у вас в поселке приличная забегаловка?
— В виду наличия отсутствия нет, — витиевато выразился я.
— Откуда, Алекс, взяться здесь забегаловке? Кому в нее забегать? Окрестным коровам, что ли? — усмехнулся Фролик и, вздрогнув, оглянулся на проезжавший мимо «КамАЗ».
Из кабины «КамАЗа» на нас смотрели скуластый водитель и Генка Кривонос. Если бы я сейчас был один, то они бы наверняка вылезли из своего грузовика и всыпали бы мне по первое число. Получается, что эти парни, сами того не подозревая, оказали мне немалую услугу. Парадокс, да и только!
— Нет, вы видели этого чумового водилу?! — воскликнул Алекс. — Он чуть было не зацепил мой джип! Вот козел!
— Верно. Неприятно стоять на обочине, — согласился я.
— А я о чем тебе говорил, — сказал он. — Поедем лучше прокатимся.
Я предусмотрительно сел на заднее сиденье. Они не возражали и расположились спереди. Новый внешний облик джипа вводил в заблуждение. Судя по состоянию салона, пользовались им долго и активно. Причем, совсем пренебрегая следить за ним внутри.