-Ты рехнулся?! - бесполезная попытка выкарабкаться, черт меня дернул побежать именно в спальню!
Вампир наклоняется чуть ниже, я чувствую, как его волосы так привычно щекотят щеку, губы касаются шеи, сердце готово выскочить, почему-то не могу пошевелиться, в голове абсолютный балаган, как и всегда, ненавистная паника захватывает контроль и навязчивый шепот в голове: «Неправильная, испорченная, сломанная».
Но вместе с такими привычными чувствами приходит новое - жажда его рук на коже, и от этого только страшнее, потому что перед глазами снова предсказание и его проклятое «повтори», на секунду становится интересно, какого это, быть с ним, ощущать его, закапываться в эти мягкие черные волосы...
Поток странных мыслей прерывает его смешок, возвращаюсь в реальность и слышу его шепот сквозь едва сдерживающийся смех:
-Ты моя, пушистик, Матиас отдал мне тебя и приказал тебе подчиняться. - пытаясь усмирить дыхание, потому что из-за него практически не слышу слов вампира, - ты так отчаянно кричала, что не ляжешь со мной в постель, но стоило мне лишь слегка надавить и посмотри на себя, ты уже практически готова.
«Неправильная, испорченная, сломанная». - издевается голос в голове, а я не могу ничего ответить, потому что все слова застряли в горле, им мешает вырваться ненавистный ком, резко перестает хватать воздуха, а Кай продолжает издеваться:
-Какая ирония, пушистик, мы ведь уже второй раз с тобой в одной постели.
Я дернулась вперед и... поняла, что надо мной уже нет нависающего мужского тела, что запах тростникового сахара не мешает здраво мыслить, в комнате ни звука, лишь бешено стучащее сердце и слишком громкое дыхание.
-Если ты еще раз посмеешь меня ослушаться или сделать что-то без моего ведома, - раздался откуда-то сбоку насмешливый голос, - мой урок будет куда более жесток, ведь теперь я знаю твое слабое место.
И такие идеальные губы складываются в улыбку, на которую, наверное, можно было бы променять весь мир, всю свою жизнь, я закрываю глаза, пытаясь успокоиться, он всего лишь пытался проучить меня, это очередная его шутка и не более.
-Убирайся.
-Я сам решу, когда мне уходить, - он поднялся с кресла, а у меня не было сил смотреть в усмехающееся, полное триумфа лицо, - и, милая, давай в следующий раз без героизма, смирись со своей беспомощностью.
Я резко развернулась, хватая стоящую на тумбе вазу с цветами и, не раздумывая, запускаю ее в сторону вампира, но, как и следовала догадаться, он уже испарился. Ваза врезалась в стену и разлетелась на огромное количество маленьких осколков, которые нанесли непоправимый урон красным тюльпанам.
Красный...как много этого цвета было в моей жизни? Быть может происходящее сейчас - это кара за мои грехи? Я встала с кровати твердо намереваясь устранить беспорядок, в голове был балаган, а в ушах стучало «ты моя», конечно, я понимала, что он имел ввиду совсем не то, о чем я подумала сначала, но что-то заставило замереть с красным тюльпаном в руках.
Почему я поддалась ему? Ведь такого не было ни разу, я никогда не позволяла мужчине зайти дальше положенного, никогда не отдавалась чувствам, всегда холодная, с ясными мыслями, именно это сделало меня практически идеальной убийцей, так что же изменилось? Прижалась головой к стене, как же глупо я наверное выглядела, уставшая, взбудораженная, потерянная, сидящая с тюльпаном в руке, среди осколков вазы, вот тебе и одна из лучших сотрудников спец. подразделения, а ведь Матиас предупреждал, говорил, что несмотря не на что, я все же девушка...какой же глупой и самонадеянной я была...
Примечания:
* crodh (гельский) - крупный рогатый скот (корова), звучит как «кроуд» - ударение на «о».
*Леит ( шотланское имя) - плавная вода
Глава 15 "Разрушенный рай"
Нам сложно понять, что другие - такие же люди, как и мы.
Мы либо идеализируем их, как богов, либо презираем, как животных. (с) Джон Грин.
Время...насколько же относительно это понятие, оно всегда идет своим чередом, ему плевать на людские ошибки, на горести и напасти, оно не остановится, чтобы посочувствовать смерти близкого или порадоваться твоей победе, ему все ровно, для него ты никто, лишь крохотный промежуток, ничего незначащий по сравнению с вечностью. Время нельзя подкупить, оно не обернется, если его окликнуть, просто пройдет мимо тебя, как проходило мимо миллионов, никто не в силах задержать его, ему чужды людские тревоги...
Облокотившись на кухонную тумбу, я прикрыла глаза, все было сложно, слишком сложно.