— Приступов нет, — не дождавшись завершения вопроса, ответил бывший Герман. — Я пытался искусственно вызвать то состояние, но не получилось. Ярости тоже нет, Берсеркером мне не стать.
— Что же есть? — максимально спокойно спросил Сергей Михайлович.
— Холодное спокойствие. И именно с этим, думаю, будут основные проблемы.
— М-м-м, у нашего дорогого Герми всë же будут проблемы, — протянула Вика.
Но ни от кого по обе стороны экрана не скрылось напряжение, плохо маскирующееся за привычным образом стервы.
— Холодное спокойствие не свойственно ни одному из подклассов, — пояснил креативщик, крепко сжимая руку сидящей рядом супруги. — Хочу ошибаться, но боюсь, что Множитель решил создать новый специально для Гер… Волкобива.
— Мало нам природного гнома, теперь ещë и новый подкласс, — хмуро произнëс Сергей Михайлович, сложив ладони пирамидкой.
— Это ерунда, отец, — успокоил его Волкобит, стряхивая левую руку. — Главное, что всë получилось. Теперь мы можем оцифровывать людей с энцефалопатией.
— И создавать резервации для больных на голову, — нервно хмыкнула Вика.
И в этом смешке ощущалось невероятное облегчение.
— Ты уверен, сынок?
— Абсолютно, папа. Можешь передавать меня медикам, пусть всë зафиксируют как у них принято. Я уверен, программа лечения и реабилитации нейробольных будет работать. У нас уже два успешных случая, достаточно для одобрения предварительных испытаний.
— Хорошо, я поставлю в известность мистера Ли, — кивнул Сергей Михайлович.
— И ещë, — продолжил воин по ту сторону экрана, — надо как-нибудь наградить Ярослава.
— За что? — тут же вскинулась Вика. — Он ничего не сделал!
— На нëм проводили эксперимент без его согласия, — жëстко ответил Волкобив. — Мы ведь не хотим проблем с топунами, верно? Значит, надо наградить его. Есть идеи?
— Он подал заявку на нового юнита для нового замка, — произнëс Паша, — но есть проблема.
— Почему ты всë ещë считаешь это проблемой? — спросила Лала. — Нормальный юнит.
— Но мы не планировали вводить ихтиантов в Асхан! — почти закричал креативщик. — Если ещë и они станут регулярными бойцами, кто останется для уникальных квестов?
— Но сейчас у нас выбора нет, — произнëс Сергей Михайлович. — Ихтиантам придëтся стать регулярными бойцами, Ярослав получит свою награду. Точка.
— Слишком много он получил в последнее время, — пробурчала Вика.
— Не он один, — заметил Паша. — И не только в последнее время. Просто почти все остальные квестовики забрали то же самое в длительный период времени.
— Как же у тебя всë просто, зятëк, — умилительно протянула Вика.
— Ты сама обещала наградить Ярослава за Детинец, — напомнил креативщик.
— Это не значит, что я должна быть довольна этим, — буквально прошипела Вика. — Кстати, братец, как тебе твоя личная фракция?
— Неплохо, — нейтрально ответил воин. — А видел пока лишь лешего и явно какого-то внетирового алхимика, но они уже хороши.
— Ты правда считаешь лешего хорошим юнитом? — удивилась Лала.
— Ну да, а что в нём плохого? Для своих целей боец более чем полезный. А уж бонусы в лесу вообще сказка.
— Так именно, бонусы лишь только для леса, — не бросала сестра попыток достучаться до брата.
— Здравствуйте, эльфы, называется, — в тон ей произнëс Волкобит. — Или кто-то успел забыть об их бонусах?
— Многие успели забыть.
— Да видел я пасквили этих «многих», ничего умного в них нет. Отличная защитная фракция получилась.
— И дракон трëхголовый.
— Но только на четвëртом ранге. Чëрный поимбовее будет.
— Вы закончили препираться? — спросила Лала.
Было видно что эта тема ей не нравится.
— Викулин ещë не кинулась жезлами и странными богами, — холодно отозвался воин. — Фракции меньше суток, а еë уже полностью похоронили везде, где можно. Тоже мне эксперты.
— Наши эксперты говорят о том же, сынок, — заметил Сергей Михайлович.
— Без стандартного месяца усиленных тестов, — приподняв правый уголок губ, спросил Волкобив.
— Значит эмоции всë же есть, — облегчëнно протянула Вика, откидываясь в кресле. — Не надо так пугать, братец.
— Пугать? — недоуменно переспросил воин. — Чем?
— Ты же не знаешь, Гер, ты в коме был, — произнесла Лала. — Тебе резко стало плохо, мы были вынуждены поместить тебя в вирткому.
— Я догадался, — спокойно ответил бывший Герман. — Сложно не догадаться, когда засыпаешь в кровати с женой, просыпаешься в падении к анкетологу, а по датам эти два события не сходятся.