Кочевники из лагеря пытались спасти своих, Лëгкая конница даже пошла в атаку примерно двумя сотнями, только вот их лошади совсем не горели желанием лезть в огонь, вставая на дыбы и оглашая временно отступившую темноту диким ржанием. Коняшек, конечно, успокоили, но к этому времени почти полторы сотни кочевников сгорели заживо, сопровождая это душераздирающими воплями. Гномы, как один, в том числе и я, провели ритуал Признания чести — всë же соперник достойный, грязных методов за время противостояния не использовал ни разу, высказать ему уважение, припав к земле, с нас не убудет.
— Ну что, мой друг, одного козыр-ря мы их лишили, — весело едва ли не пропел Дендер.
— Одного — смогли, — согласился я. — Только сколько их ещë будет?
— Без игр-рока немного, — отозвался маг. — Твой скепсис неуместен, мы их однозначно победим, ничего они не сделают.
— Не буди спящего варкха, — покачала головой, пробурчал я. — Недооценивать соперника численностью почти полторы тысячи бойцов точно не стоит. Особенно до конца не изученного.
На это Дендер не ответил ничего. Бой ещë не окончился и заранее приписывать себе победу на основе одного эпизода всë равно что полить давно не знавшее воды дерево и надеяться на его мгновенное возрождение. Похоже, сахиб, считает иначе, руководствуясь своим опытом. Пусть считает, я до последнего буду готов к подвоху со стороны степняков.
Всадники всë же смогли успокоить своих лошадей и каруселью стали нападать на Крепость. Сначала от общей лавины, стоящей вне зоны досягаемости наших стрелков, отделилось двадцать конников. Они максимально приблизились к стене и дали залп из своих луков. Некоторые стрелы были обмотаны тряпками и горели насыщенно-синим огнëм. Половина из них угодила в стену, другая — в щиты, поднятые строевиками над зубцами. По тактике кочевников, и камни Крепости, и дерево должны были загореться, как это обычно у них бывает, ведь смесь, которой облиты тряпки, усвоена на это дело в несколько раз, отчего вспыхивает даже металл, но в этот раз не срослось. Не зря же стена мокрая и уже покрыта костяными шариками из пращей, зачарованных на негорючесть. Ну и щиты моментально опускались вниз и затухались магией. Но работало это, пока противников было немного. Карусельная схема нападения предполагает увеличение нападающих с каждой атакой и в какой-то момент наши стрелки, какими бы меткими они ни были, просто не смогут перестрелять всех, да ещë и в движении, а сырой эффект стены закончится. Тогда снова появятся Девы и будут бить молниями в горящие участки, разрушая камень. Только вот мы заранее подготовились к такому, и сейчас феи из спешно высаженного слева от крепости леса ждали своей минуты.
Когда численность выскакивающего из карусели отряда достигла пятидесяти всадников, процент попадания в них наших стрелков сократилась до сорока процентов. Они смогли убить всего двадцать конников, что и стало сигналом нашим крылатым девам. Дождавшись прихода последней лошади, которые, как и всегда, после потери всадника побежали в лес, почти три десятка фей, включая трëх новых этой недели, вылетели прямо на карусель. Возглавляла процессию, находясь в самом центре, Ася в доспехе с красным отливом и с сиреневого цвета духовой трубкой в руках. Из какого она материала я так и не смог понять, но ни на дерево, ни на металл, ни на камень и уж тем более, упаси Камнерожденный, стекло он похож не был. Сразу следом за ней летели остальные Красные феи, две новеньких, перерождëнные из числа новобранок прошлой недели, и две уже опытных. Замыкали эту часть процессии Сестерия и Викантия. Чуть левее летели обычные Лесные феи, восемь созданий, во главе с Улистапией, а правее держался боевой отряд Бурмантии. На ничего не подозревающего и даже не сразу их заметившего врага эти хрупкие с виду создания обрушили весь свой магический потенциал. Корни и Режущие травы, Файерболы и Воздушные плети, даже Острые шипы и Протыкающие листья. Последние кастовали девочки Бурмантии и на видео с демонстрацией их заклинаний вполне можно было ставить ограничение класса «В», только для взрослых, да ещë и дисклеймер писать о возможных опасностях для психики, настолько кроваво это было. Впрочем, от их кастов страдали лишь наездники, а вот заклинания Лесных, увы, разили и лошадей. Но на войне как на войне, либо ты, либо тебя. Тем более, что до смертей коняшек доходило совсем уж редко, погибала одна из тридцати, остальные в разном эмоциональном состоянии бежали под защиту деревьев.
Не знаю, чем руководствовались задны кочевников, но после уничтожения первой волны Лëгкой конницы и отступления фей обратно в лес, раскручивать карусель пришла вторая лавина, не меньшей численности. Мне думалось, что всë повторится в точности и в этот этап, но кочевники смогли удивить. Они не стали отступать, завершая круг, а остались стоять, подставляясь под наши стрелы. И только после гибели первого отряда из лавины вышел второй и так же погиб, как и третий, и четвëртый, и пятый. На шестом отряде я понял их логику. Не убегая, степняки выпускают больше стел по стене, тем самым увеличивая и количество зажигательных. Правда их процент от общего числа остался на том же уровне, пока я не присмотрелся к стрелам внимательнее. Оказалось, что тряпки примотаны к каждому снаряду, просто на большинстве они плотно облепливают древко за счëт какой-то тяжело масляной пропитки. И тут два варианта: либо колчаны кочевников наложены заклинания поджога, действующие с не очень большой вероятностью, либо там специальная алхимия, так же с вероятностью поджигающаяся на воздухе. И то, и другое крайне неприятно, ведь будучи смертниками, рано или поздно Лëгкая конница высушит стену, а так и Девы Ветра придут, а потом и Тяжëлые всадники подскачут. И нет во мне уверенности, что сейчас я с одного прыжка смогу убить воина шестого тира.