Лестница привела в большое помещение с дворцовым интерьером. Потолок с лепниной, люстра в виде парящего феникса, пол из наборного паркета, сплошная стена картин разных размеров с портретами людей разных эпох, от рыцарей до стилизации под киберпанк, смежная ей стена, увитая вьющимися растениями, гобелены с чьей-то родословной по остальным стенам, две деревянные резные двери напротив друг друга, одна на «картинной» стене, другая на «гобеленовой», и в центре большой хрустальный стол, вокруг которого застыли шестнадцать мраморных на вид статуй.
Стоило нам выйти из угла, в который привела нас лестница, и спешно выстроиться, как статуи пришли в движение. Изображали они абсолютно одинаковых голых юношей без нижних половых признаков и черт лица. Двигались они неуклюже, будто пытались устоять на чистом льду в летних сандалях, но дать им приблизиться Картаниэль не дала. По еë команде Рунные стрелки выстрелили, сфокусировавшись на двух статуях, Ергрид и сотоварищи использовали Молнии, Ася и Мундиария ударили фаерболами, Сестерия и Улистапия — Вспышками, Бурмантия — «Ударом руки», а Непрития сковала двух противников быстро разросшимся вьюном. По итогу этой атаки на части и пыль рассыпались семь противников, ещë два оказались скованы, а три повреждены, но продолжили идти вперëд.
В поднявшейся пыли никто ещë раз атаковать не спешил. Да и гномка отдала команду прекратить огонь. Но сама Картаниэль скастовала нечто, в логе отобразившееся как «Создание каменного конструкта». По ту сторону пыльной завесы раздались звуки ударов камня по камню, продолжалось это минуты три, после чего пыль из воздуха стала стремительно исчезать. На обломках статуй стоял мраморный паук размером с быка, собранный из обломков своих собратьев.
— Мастерское заклинание, — оценил я.
— Спасибо, — кивнула гномка, отослав своих гномов буквально обнюхивать комнату. — К сожалению, его придëтся бросить.
— Чего так? Излишняя самокритичность?
— Угнетающая манозатратность. Он пожирает полторы сотни пунктов за пять минут, мне придëтся либо бросить его, либо поддерживать, а восполнять так быстро я ещё не умею.
— Но в остальном этот паук тебя устраивает, так? — хитро спросил я.
— Устраивает, — кивнула Картаниэль. — Такой защитник не помешает, с ним я смогу не выйти за рамки своей доли участия, но…
— Тогда держи, — перебил я, доставая три пузырька с Зельем маны.
— Ты правда думаешь, что этого мне надолго хватит? — удивлëнно спросила гномка, тряхнув косами.
— У меня есть ещë, — ответил я, передавая три новых пузырька и сразу доставая ещё три. — И ещë. И ещë. Если не будем сильно медлить, должно хватить. К тому же, я смогу сварить ещё буквально за двадцать минут.
— Алхимик, значит, — сделала верный вывод Картаниэль. — Что ж, алхимики в Асхане полезны, их нужно держаться.
— К твоим услугам, — пропел я, сделав карикатурный книксен.
К нам подошëл Подгорный защитник, отличающийся от другим типом шлема. У остальных бойцов Картаниэль он был с открытым лицом, а у этого глаза закрыты и сделана узкая щель для обзора.
— Этот зал пуст на тайники, леди, — произнëс, очевидно, Вранбарк. — Можем идти дальше.
— Дилетанты, — громко фыркнул Ас, разлëгшийся прямо у лестницы и с нескрываемым ехидством смотрящий на исследующих помещение строевиков и стрелков.
— Если герр дракон такой умный, может быть, он поможет нам? — вежливо спросила Картаниэль.
— Да чего тут помогать-то? — ещё громче фиркнул Ас. — Большая Катина с женщиной в чëрном платье с букетом белых роз.
— Она под самым потолком, леди, мы не достанем, — произнëс Вранбарк даже не обернувшись туда.
— Всему вас учить надо, — закатив глаза, протянул дракон. — Баусти Аастия, помогите этим бедолагам, пожалуйста.
Ася, сидевшая вместе с остальными феями рядом с драконом, лишь молча кивнула и взлетела к той самой картине. За ней последовали остальные и впятером, при поддержке от Непритии снизу в виде трëх вьюнов, сняли портрет женщины с розами и вытащили из нищи шкатулку. Картаниэль, не глядя, убрала еë в инвентарь, как вазу до этого.
После этого мы пошли в дверь, что была на стене с гобеленом. Была, потому что после осадки пыли на еë месте не имелось даже косяка, только оштукатуренный проëм. При этом дверь Кэна картинной стене так и осталась на своём месте.