— Я вот помогаю бабке на огороде, — продолжала разглагольствовать Ангелина, — но я ненавижу это делать!
— Как твоя бабушка себя чувствует? — спросил Вик, разглаживая складку на стене. Папье-маше в одном месте слегка скособочилось.
Ангелина посмотрела на него, как на идиота.
— Знаешь, Вик, — начала она, — ты раньше вроде нормальным был. Пока не увлёкся этими своими замками. Тебе что, правда интересна моя бабендра?
— Ты тоже нормальная была. Пока не выдумала себе эту идею. В гимназию устроиться.
— Вик, я хочу пробиться к нормальной жизни. У тебя папа. У Алёны — таракаша на «Порше». За мной никого нет, пойми! Мне надо с чего-то начать.
— Пойдёшь работать, как твоя сестра.
— Самый умный, да?! — закричала вдруг Ангелина, — ты сам собираешься работать, а? Сам-то вон замки клеит. А другим советует пойти поработать.
— Это хобби, — ответил Вик, помрачнев, — мне, Энджи, тоже будет непросто. Я люблю вот это, — указал он на макет. — А надо будет вот это! — кивнул Вик на натянутую посреди бытовки верёвку. На ней сушилась форма дяди Саши, тельняшка и штаны защитного цвета.
— Нормальная работа для мужика.
— Но я-то её не люблю.
— Никто не любит свою работу. Это тоже нормально, — уверенно сказала Ангелина, — это же как учёба. Нормальный человек разве любит учиться? Ну вот по-честному если…
По-честному Вик снова постеснялся ответить. Он любил историю. Каждый урок был в кайф. А уж если мамка бралась что-то рассказывать историческое…
— Молчание — знак согласия, — заключила Ангелина, — короче, вот мой план. Надо у Алёнки допытаться, чего она к Кабанихе зачастила. Там наверняка нормальная причина есть. Да оставь ты в покое свои краски, а? Всё равно так, как в жизни, не получится никогда!
Вик вздрогнул. Ангелина умела попасть в больное место. А он и правда после того похода на реку, когда он ощутил природную силу камней, стал мучаться тем, что его макеты здорово отличаются от настоящих крепостей.
Он накрыл макет газетой, отнёс на шкаф.
— Вот и молодец! — похвалила Ангелина, — я буду крутым юристом или директором банка и найму ребят из твоего агентства, чтобы они меня охраняли. Ничего, Вик, прорвёмся, тут не останемся. Главное, на чушь не отвлекайся и меня слушайся.
Вик обычно так и делал с самого детства. Слушался Ангелину. Она всегда легко доказывала, что она умнее и сообразительнее его.
Но сегодня Энджи вторглась в самое дорогое, что у него было. В мечту построить такой макет, чтобы в нем зазвучала история подлинника. Найти такой материал, который передаст эту историю.
Мечта зашаталась после Ангелининых слов. Младшие сёстры верили в гороскопы и как-то сказали Вику, что его знак — «рыбы» и поэтому ему легко что-то внушить. Вот и сейчас он задумался: может, Энджи права? И его мечты — это чушь?
С другой стороны, тяжело, наверное, жить, когда в твоей жизни нет мечты, а есть только работа, которую не любишь?
Глава 12
Ссора
Случай избавиться от Алёны скоро представился. Алёна принесла книгу «Таинственный сад». Читала вслух с вдохновением. А на Лидию Матвеевну книга особого впечатления не произвела. Ну, есть, безусловно, и замысел, и мораль, и метафоры, но как-то… нежизненно. Было бы в жизни так всё легко. Сажай и будь счастлив. Впрочем, подросткам такое нужно. Надо вселять в них веру в светлое будущее. То, что его нет, им знать не обязательно.
Лидия Матвеевна взяла «Таинственный сад» в постель. Решила перечесть те места, которые особенно громко и чётко сегодня читала Алёна. Чтобы представить перед собой её лицо. Полное света, силы. Лицо Элен из Картории.
Лидия Матвеевна открыла книгу и обнаружила на первой странице: «Алёне Сотниковой от Нади Быстровой».
Утром позвонила на почту:
— Оленька? Это Лидия Матвеевна Кабанова из сорок пятого дома. Не подскажешь, Сотниковы по какому адресу живут? Они вроде бы из «Боярских палат». Ага, в первом. Нет, не знаю. О, председатель правления… Поняла. А телефон его имеется? Нет, Оленька, ничего не случилось.
Алёна поднялась в тот день по лестнице, что-то насвистывая.
— Букет из полевых цветов, — объявила она из-за загородки.
— Спасибо за прощальный букет, Алёна Сотникова, — стараясь говорить спокойно, произнесла Лидия Матвеевна.
Алёна замерла в дверях, опустив букет.
— Как вы узнали мою фамилию?
— Из книги.