- Это невероятно, - пораженно выдохнул, глядя на особенную девушку.
- Безликий тоже так думал, именно из любопытства взял к себе в ученики, - усмехнулась она, пригубив уже остывший чай, - он столько экспериментов проводил сначала, чтобы убедиться в том, что способности моей памяти, на самом деле, отличаются от простых обывателей. Успокоился только тогда, когда я наизусть рассказала ему весь учебник по основам артефакторства. Когда добралась до середины, он остановил меня и, наконец, прекратил свои эксперименты.
- Лина, почему с такими способностями ты не пошла работать в правительство? В тот же отдел по расследованиям? Тебя бы взяли в любой. Это же невероятно полезная способность! - воскликнул я.
- Ты такой смешной, Лиртан, - посмотрела на меня, как на глупого мальчишку и мягко улыбнулась. В ее эмоциях угадывалась тихая грусть, - мне было шесть лет, кто бы поверил словам бездомной девчонки? Без рода и без громкого имени. Вы, аристократы, живете совершенно в другом мире, не представляя жизни таких, как я. Меня бы выгнали взашей, не пустив и на порог любой организации. Или вообще бы упекли куда-нибудь в темницу тюремную для малолетних преступников. Даже на школу у меня не было денег. А когда они появились, мне она уже была не нужна. Я уже жила совсем по другим правилам и законам.
Не мог не признать, что в её словах была большая доля правды. Меня удручала мысль, что при таких данных, манерах, красоте и особенностях, эта девушка, по факту, была по ту сторону закона. И совсем из другого мира.
- Лина, а ты хотела бы остаться в королевстве, при условии работы в моём отделе, по завершению нашего расследования? - осторожно поинтересовался я.
Девушка задумалась, глядя на огонь.
- Нет, - спустя несколько минут раздумий отозвалась она, - эта работа не для меня. Постой, дай договорить, - остановила меня, когда хотел ей возразить, - эта работа, действительно, не для меня. Я привыкла к риску, к постоянному азарту и адреналину. Твоя работа скучна для меня. Мне не хватает огонька. Ты не понимаешь. Я вижу. Все оттого, что ты никогда не был по ту сторону закона. Ты не можешь себе представить, как по венам прокатывается адреналин, разжигая огонь азарта. Когда взламываешь сложнейшие замки, когда уходишь из-под носа стражей. Да, моя деятельность незаконна, но она интересна. Каждый раз что-то новое. Постоянно приходится находиться на стороже и необходимо постоянно совершенствовать свои навыки. Ты можешь считать меня ненормальной и жестокой. Но и у меня есть свои правила.
Я был не согласен с её мнением о моей работе. Наши сотрудники постоянно подвергались риску быть убитыми в схватке с преступником. Да и чувство азарта было присуще нам. Когда выходишь на след преступника, который всеми считался неуловимым, азарт захлестывает с головой. Но глядя, на горящие глаза девушки, понял, что не стоило тратить время на её переубеждение. Она никогда не согласиться на работу в моём отделе. Решил задать вопрос, о её словах:
- И какие же правила есть у тебя? Мне всегда казалось, что единственным правилом среди наемников являлся размер оплаты. Любой заказ будет исполнен, если заплатить большие деньги. Пусть это будет даже самый гнусный заказ. Разве не так?
- Нет, - усмехнулась девушка, - для многих это правило работает. Но не для меня. Я никогда не убивала женщин и детей. Безликий долгие годы пытался переделать меня. Но даже у него ничего не вышло. Думаю, что такой отпечаток дало моё детство. Смерть моей матери и время, проведенное среди беспризорников, оставили свой отпечаток на моем сердце.
- У тебя двойные стандарты. Ведь мужчины - это тоже отцы. А их ты готова убить по заказу.
- Да, - кивнула девушка, - они отцы. И возможно хорошие люди, но у них есть шанс дать мне отпор и выжить, когда женщины и дети этого шанса не имеют.
- И смог ли кто-нибудь остаться в живых, после встречи с Тенью? - уже зная ответ, спросил её.
- Я редко брала заказы на убийство. Не люблю мараться в крови. Но нет, - серьёзно ответила на мой вопрос, - иначе, я не сидела бы здесь с тобой. Была бы либо мертва, либо у стражников, либо не считалась лучшей. Ты и сам это понимаешь.
Понимал. Прекрасно понимал. Но не чувствовал к ней отвращения или презрения, как к другим преступникам. Она восхищала меня. Ее выдержка, умение держать лицо при любых обстоятельствах, умение контролировать эмоции так, что даже я, будучи эмпатом, не всегда мог понять, что она чувствовала в тот или иной момент, ее манеры, умения, таланты, способности, наконец, ее красота. Она словно соткана из света - легкая, воздушная и завораживающая. Я не мог не восхищаться ею. Она была прекрасна во всем. Уникальна и невероятна. Эта девушка пробуждала во мне множество эмоций, но настолько разных, что не понимал, что я к ней чувствую, как к ней отношусь. Когда смотрел на нее настоящую - красивую, элегантную, хрупкую, как сейчас, хотелось защитить и уберечь от всех бед и напастей мира. Когда видел в ней профессионала с цепким, холодным взглядом, восхищался ею и хотел заманить к себе на службу. Но когда она начинала язвить, насмехаться, когда на ее лице появлялась саркастическая ухмылка, хотелось разорвать ее на части и больше никогда не иметь с ней дел. Но, не мог отрицать, что она заставляла меня чувствовать. Эмоции бурлили внутри, не находя выхода. Я ожил с нею, ведь за многолетнюю службу привык отметать чувства подальше. Любые. Они все мешали работе. Именно благодаря способностям эмпата - чувствовать эмоции других людей, и умения "отключать" свои, оказался на такой высокой должности.