Не понимаю, в какой момент все пошло не так? Почему меня начинает физически волновать Ярослав Смирнов в этих стенах?
Все же плохая идея была бороться за эту должность. Надо было идти в канцелярию.
9.
Ярослав
Девочка очень сильно нервничает. Это видно по тому, как участилось ее дыхание, и как она испуганно смотрит мне в глаза. Даже жаль ее стало, вдруг она ранимый одуван, которой будет сложно пережить эти выходящие за рамки эмоции? Еще сознание потеряет или, что еще хуже, впадет в истерику.
— Мне кажется, — прочистив горло, отвечает она в особой своей манере, — вы забываетесь, товарищ майор.
Довольная улыбка расползается по моему лицу, честно сказать, я уже даже забыл о существовании задействованных сейчас лицевых мышц.
— Отчего же? — делаю шаг вперед, на что Кристина расценивает по-своему и отходит. Сейчас она как загнанная жертва и меня это, бл*ть, заводит не на шутку. — Я вроде не перешел профессиональные рамки?
— Серьезно? А это как называется? — Ангелок упирается спиной в стену, и тут моя фантазия начинает подкидывать такие кадры, что уже впору поправить брюки. — Вы кидаете недвусмысленные намеки, разговариваете со мной в неподобающем тоне и, — ее голос становится еще более звонким, точно нервничает, — вклиниваетесь в мое личное пространство. Мне это не нравится, Ярослав Владимирович. Не могли бы мы перейти к более деловому тону и действиям? Так определенно будет легче работать.
Неподобающий тон. Господи, ну и зануда мне досталась в помощники.
Ладно, я и правда уже перегибаю, еще чуть нажму и она меня обвинит в сексуальных домогательствах. Просто надо было проверить, не вертит ли Кристина Викторовна в управлении хвостом в поисках идеального кандидата.
Для меня это стало важным, да и потом, как она улыбалась Володьке Каминскому, будто он самый приятный человек здесь. Мне она так еще ни разу не улыбалась, и я не буду думать, что причина во мне, это не так.
— Расслабься, Кристина, бабы на работе меня не интересуют в принципе, так что, наш маленький спектакль окончен, — возвращаюсь обратно к своему столу и беру в руки телефон. — Устраивайся поудобнее, у тебя сегодня очень тяжелый день.
— Правда? — приходит в чувства помощница. Ей не понравилось слово баба, но она проявила над собой усилие и проглотила это. — У вас еще остались тома уголовных дел, где нет описи?
Кристина решила включить суку, но у меня нет времени доносить до нее, что я такое не люблю, поэтому использую самый действенный прием, которому научился за годы службы — взглядом даю понять, чтобы заткнулась и принялась за работу. И она прекрасно это понимает. Что ж, умница. Значит, не все потеряно с ней.
— Бери блокнот и записывай, что ты должна будешь сегодня сделать, — указываю на небольшой столик в своем кабинете.
Да, я заморочился вчера и пересмотрел ее роль в своей жизни. Если девчонка хочет работать здесь, то кто я такой, чтобы насиловать ее описями и нелепыми поручениями? Пусть работает. Тем более ее взял сюда главный, а он точно не подсунул бы мне непроверенного человека.
Спустя полчаса выкладываю все, что смог вспомнить. На меня с утра навалилось еще два дела, и мне реально все не успеть. Тем более, бумажной работой я просто ненавижу заниматься, а это, если честно, семьдесят процентов моих служебных обязанностей. Если Полянская так хочет стать следователем, пора уже ей показать, на что она подписывается.
— Это нужно все сделать за сегодня? — осторожно уточняет она, будто я сам должен понять, что простому смертному никак не успеть.
— Да, — легко отвечаю я, наслаждаясь каждой новой эмоцией на ее красивом лице. — Какие-то проблемы?
Кристина отрицательно качает головой.
— Ну, вот и славно, — поднимаюсь с кресла, — через пол часа мне нужно быть в прокуратуре, затем в суд, там я планирую быть долго. После обеда у меня встреча с бывшей женой, вернусь уже ближе к вечеру. На рабочем столе твоего ноутбука есть папка, я сбросил туда все, что тебе понадобится в качестве шаблонов, будут вопросы — пиши.
Ангелок после моей речи замирает, словно статуя.
— Что не так? Не сможешь по шаблону написать? — спрашиваю я.