— Привет, Смирнов, — бывшая присаживается напротив, а меня уже начинает тошнить от ее удушливых духов. — Проголодался? Ты, по-моему, похудел?
— А ты нет, — закидываю в рот кусок мяса. Это стандартный набор подколов в нашей бывшей семье. — Что ты хотела?
Лена кривит губы, понятное дело, ни одной женщине не хочется показаться какой-то не такой при бывшем муже, но это не мешает ей заказать себе огромную порцию роллов и белое полусладкое.
Когда официант любезно выслушивает ее заказ и собирается уйти, я его останавливаю.
— Счет у нас будет раздельный, — сразу расставляю все по полкам, чтобы весь этот набор продуктов, которым она отполирует свою фигуру, не лег на чистую совесть моего кошелька.
— Ну и жмот ты, Смирнов, — шипит бывшая. — Никогда не замечала за тобой подобное. Что, тебе зарплату понизили, или взятки перестал брать?
— Как видишь, Лена, последний кусок хлеба доедаю, — тычу ей в лицо вилкой с куском дорогого мяса.
— Не называй меня Леной, ненавижу это имя, — она с присущим ей выпендрежем, кладет локти на стол и, задрав подбородок, осматривает присутствующих.
Да уж, как я мог забыть? Урожденная Еленой, сама себя переименовала в Алену, свято уверовав в то, что ее вариант более современно смотрится. Просто идиотизм какой-то, не иначе.
Господи, как я мог раньше думать, что люблю ее? Да и любил ли вообще? Заботился — да. Помог с образованием, всячески оплачивал ее капризы, купил машину и сделал ремонт в нашем семейном гнездышке. А потом эта тварь сделала аборт и избавилась от моего ребенка, прикрывшись выкидышем. Хотя по части «моего ребенка» тут вопрос сомнительный. Учитывая, как она себя вела в управлении, и чем все в итоге закончилось, не удивлюсь, если там был не мой ребенок. Но чей бы он ни был, это не давало ей права идти на подобную процедуру. Каким бы циником я не стал, аборт для меня всегда останется преступлением.
— Я уже доедаю, мне на работу еще нужно вернуться, чего тебе надо? — вдоволь насладившись ее компанией, начинаю понимать, что еще чуть-чуть и я начну выходить за рамки приличий.
— Мне нужны деньги, — вот так сходу, без прелюдий, отвечает она.
Хорошо, что я прожевал, и ничего больше во рту не грозит застрять в горле.
— И при чем тут я? — внимательно смотрю на оправу ее модных очков. Они ей вообще не к месту, даже не понимаю, зачем она со своим идеальным зрением их носит? Может, так она умнее кажется, чем на самом деле? — Тебе напомнить, что меня больше не заботит, что тебе нужно и как тебе это самое получить?
Официант приносит ее заказ, и жена, натянув милую улыбку, наблюдает за его действиями.
— Ну, не просто же так ты мне их дашь? — все с такой же довольной миной спрашивает она. — У меня есть ценная информация, которой я готова с тобой поделиться, за отдельную плату, конечно. Поверь, Ярослав, для тебя это не просто важно, а пздц как необходимо узнать.
В эту же секунду я понимаю, что ненавижу ее еще больше, и что развестись с ней было самым лучшим решением в моей жизни, но учитывая, в каких кругах она теперь вращается, все же стоит остаться и послушать.
11.
Кристина
Смирнов, конечно, загрузил меня работой конкретно, но мне это нравится. Заниматься чем-то полезным, а не делать ему кофе или бегать на почту, удивительно. Сразу понимаешь, как здесь интересно и что я не зря выбрала именно это направление.
Сегодня я почувствовала, что делаю что-то великое, что-то особенное. Я словно часть системы и очень этим довольна.
Но пока я занимаюсь поручениями майора, времени на шпионаж вообще нет, вот не до этого совершенно, хоть я и была практически целый день одна в кабинете.
Мне почему-то кажется — и я уверена, что права — Смирнов не из тех людей, кто будет разбрасываться компрометирующими вещами.
Прошвырнувшись по кабинету, понимаю, что ничего сверх ценного кроме томов уголовных дел здесь нет. А чтобы в этих талмудах разобраться, нужно больше времени, чем я могу себе позволить. Есть еще сейф, возможно, в нем что-то важное? Определенно в нем что-то есть, иначе бы он тут не стоял. Но ключ от сейфа, увы, не шел комплектом к дверям. Не настолько мы близки.