- Эх, Пушистое облачко, да ты, оказывается, лисенок! – вслух сказала я, отмывая маленькие лопоухие ушки. Нет, окрас срочно надо возвращать обратно!
Я сняла с себя рыжую рубашку народа пум и укрыла замерзающее тело. Голову положила себе на колени и начала колдовать, возвращая законный цвет его волосам, одновременно их выпрямляя. Из-за холмов пробивалась узкая полоска зари, когда Кленис открыл глаза. Они остались темно-синими. Ну и хорошо. Я улыбнулась мальчишке. Он посмотрел на меня и покраснел. Опс… Накладочка вышла! Рубашкой я его накрыла, а сама осталась лишь в штанах. Конфуз! Теперь покраснела я. Хоть груди у меня совсем не было, да и кожа не мерзла, все равно было стыдно. Я обернулась пумой и подошла к ручью. Парнишка, стараясь не смотреть в мою кошачью сторону, аккуратно приподнялся, закутался в мою рубаху, и потопал за мной. Как следует напившись, он нерешительно посмотрел мне в глаза:
- Я заснул?
Хмыкнув, я отошла за кустик на всякий случай, и обернулась там. На мне снова оказалась рубашка. Спасибо, первый мир, за вечно своевременный подарок!
Теперь мы с Кленисом действительно стали похожи на двух братьев. При неярком свете рождающейся зари я разглядела свое лицо в маленькой лужице, натекшей в небольшую выемку в земле. Моя нынешняя внешность была ничем не примечательной. Темно-каштановые коротко обрезанные волосы, тонкие бровки, серые глаза, прямой маленький нос и бледные тонкие губы… Ну, никак не красавица. К тому же, по меркам моей земли выглядела я лет на двенадцать- тринадцать, как и сказала Кленису. А одинаковые рубашки делали нас даже чем-то похожими.
Я вышла из-за кустиков уже одетой.
- Поспал - и молодец. Попей водички и побежим. – Потом я подумала и добавила:
- Попробуй, сядь на мою пуму. Может быть, я тебя удержу?
Довольный парень попил и аккуратно сжал мою шкуру ногами, ложась грудью на мой позвоночник. Тяжеленький, однако. Но нести могу. И я потихоньку, так, чтобы он приноровился держаться, стала наращивать темп. Я бежала по еле видному в густой траве вчерашнему волчьему следу. Небо играло всеми красками зари, о чем постоянно сообщал мой довольный спутник. И зачем я его поволокла с собой? Сейчас мы с волком были бы уже далеко! А теперь и Вожак неизвестно где, и чужой парень на спине болтается. А Кленис все разливался соловьем, живописуя окрестности. Следуя тропе Вожака, я вышла на невысокий холм.
- Стой! – вдруг напряженно сказал парнишка.
Я остановилась и легла в траву. Кленис сполз с меня и, показывая пальцем вперед, возбужденно зашептал:
- Смотри, там всадники!
Я напрягла зрение и присмотрелась: с десяток человек на лошадях кружили по одному месту, периодически взмахивая руками, и снова отъезжая.
Обернувшись, я спросила:
- Они охотятся?
- Да, загоняют какого-то зверя!
У меня появилось нехорошее предчувствие, и я попыталась разглядеть картинку пояснее. И точно, среди травы мелькало что-то белое.
- Вот кретин! – с досадой вырвалось у меня. – Надо же было так вляпаться!
Умничка Кленис все понял и поинтересовался:
- Ну мы же не пойдем его спасать?
Я оценивающе посмотрела на него:
- Тебя тоже не надо было. Толку от тебя: хребет внутрь вогнул, да лапы до сих пор трясутся.
Кленис опустил глазки, сверкнув в лучах солнца рыжей макушкой:
- Я – лучше! Я слово держу! А он ушел без нас.
- Это его путь, и он волен поступать, как ему заблагорассудится!
- Тогда мы тоже вольны. Может, пойдем? – рассудил мой спутник.
- Конечно. – Сказала я и потихоньку начала двигаться к центру событий. Парнишка остался скулить сзади. А я ползла и думала, что можно сделать.
“Добрая, милая, родная земля! Выручи меня! Доставь ко мне волка белого, волка смелого, что бьется на дороге, оттоптав себе все ноги, а охотникам в обман кинь серебряный туман!” – ни с того, ни с сего выдала вдруг я на одном дыхании. И сразу в низине, где гарцевали лошади, стала сгущаться молочной белизны пелена. Я, открыв рот, смотрела на это чудо, как вдруг земля разверзлась, и ко мне выбросило потрепанного грязно-белого волка. Он лежал на боку и тяжело дышал. Шкура, украшенная алыми полосами, вздымалась и опадала в такт частому дыханию. Глаза волка были закрыты.
Сзади тихонечко подошел Кленис:
- Вот это его отколошматили! – восхищенно произнес он.
А я наклонилась над Вожаком и строго сказала:
- Подумаешь, немного устал. Не придуривайся, ты абсолютно здоров, и жалеть такого лжеца здесь никто не собирается! – незаметные капли эфирной энергии, упавшие на него из моих пальцев, пополнили его истощенную ауру. Волк зашевелился и открыл глаза.
- Действительно, притворялся… - с презрением в голосе протянул парнишка и, пнув какую-то травинку, отошел в сторону и сел.
В долине, плотно укрытой туманом, раздавались крики сразу потерявших ориентиры охотников.
- Давай же, Алкен, приходи в себя! – я дотронулась до теплого волчьего носа. Одно мгновение – и передо мной уже лежал человек.
- Ведунья! Ты все-таки догнала меня… - прошептал он.
- Вставай, нам надо отсюда уходить. Охотники рядом.
Алкен с трудом сел, а затем поднялся. Его шатало. Пришлось подойти и снова поделиться энергией. Избитый мужчина, подросток и ребенок – легкая добыча в диких степях!
- Куда мы идем? – через время спросила я у него, когда он сосредоточенно шел вперед, раздвигая руками высокую траву.
- За Одиноким Пастухом. – пожал плечами, не оборачиваясь, Алкен.
- А ты уверен, что дух именно там?
- Нет. Но мы зайдем в стаю моего сородича. У них есть сильный шаман. Он подскажет, куда проляжет наш путь.
- Тю! – удивился Кленис. - С нами идет ведунья, а он к шаману собрался!
- Да. – Внезапно остановился Алкен и посмотрел на меня. – Ты должна знать!
Я попятилась назад:
- Эй, мальчики! Я ничего не знаю!
Но хитрый мальчишка растопырил руки и пошел на меня. Алкен с терпеливой усмешкой ждал, когда же наши игрища кончатся, и кто-нибудь кого-нибудь все-таки отловит. Вот и лечи их после этого! И вообще, может, это не мое задание!
Наконец, я была схвачена этим рыжим чудовищем, прижата и защекочена:
- Будешь слушать старших? Будешь искать Пастуха?
- Ой, не могу, отстань, только без рук! – задыхаясь от смеха, сказала я вслух, а про себя подумала ''Тоже мне, нашел младшенькую!''
Кленис опустил меня в траву и присел рядом:
- А как ты собираешься его искать?
- С твоей помощью. – Буркнула я. – Давай, выдирай траву. Мне круг рисовать надо! И ты не стой. – Это я уже Алкену. – Искать буду, а ты займись завтраком. Мы голодные!
Алкен растворился в траве, а Кленис с воодушевлением выдирал сорняки. Эх, хорошая бы грядка получилась! Он вытаскивал растения, а я, утоптав маленькую площадку, достала длинный коготь моей другой ипостаси и нарисовала, как могла, ровный круг. Разбила его на стороны света, а промежутки между направлениями разбила на несколько секторов. А потом, сосредоточившись, попросила Землицу показать мне направление, ведущее к прекрасному духу Любви. Та немного подумала и показала направление на северо-запад, пустив в круге ровную трещину.
- Эй, Кленис! А что у нас находится на северо-западе?
Парень оторвался от прополки, утер рукой мокрый лоб и спросил:
- А что?
- Там находится наш Пастух.
- Ты уже все узнала… - осенило его. – А я тут, как проклятый, стараюсь тебе помочь! А ты…
Он надвигался на меня, шевеля грязными руками.
- Я Алкену расскажу, он кормить тебя не будет! – улыбнулась я во все зубы.
- Ну и ладно. Скажи хоть, где ручей. Мне бы руки помыть!
- Внизу запруда. – махнула я в нужную сторону рукой. - Эй! Так что там на северо-западе? – крикнула я в уходящую спину.