Учитель сложил письмо в конверт и взглянул под стол.
- А это, познакомься, моя киса! Поздоровайся с ней, Файн!
Ученик робко подошел и заглянул под стол. Ой, как не вовремя! От стресса, вызванного прочитанным, я полыхнула в лицо ученика злющими зелеными глазищами и зашипела. Тот отпрянул назад, зацепился ногой за стул, и с громким хрустом сел на мешок, попутно заехав локтем травнику по ноге. Хелм подскочил и заорал.
– Яйца! - прошептал побледневший ученик, отдирая сопливые штаны от промокшего мешка, и тут же быстро заполз за спину Учителя, все еще согнутого от удара.
- Эт-то кто? – трясущимся пальцем ткнул в меня.
- Кошка, придурок! – прорычал маг.
- Вот эт-то кошка?! – умирающим голосом произнес Файн и закатил глаза, растянувшись на полу.
Я выпрыгнула из-под стола, выбила лапой дверь и вымахнула на улицу. Прохладный ветер с моря сразу ударил мне в лоб. Сосны в вышине раскачивали свои кроны, нагоняя на горизонт стада кучерявых облаков. Я оттолкнулась лапами от валуна и прыгнула на соседний, лежащий чуть дальше. Скоро я прыгала по ним, как коза, забираясь все выше по склону местной горы. Где-то внизу из дома выбежал маг и что-то кричал мне вдогон. Но я рвалась к небу. Мне хотелось выбраться из тесного пространства деревьев, кустарника, оврагов и круч. Через час я стояла в самой высокой точке острова, на скалистом уступе шириной около трех метров, подставляя блеклому солнцу свою золотистую шкуру.
Морской ветер дул все сильнее. Постепенно белый горизонт наливался синевой, а тучи все плотнее загораживали ясное небо. «Будет шторм!» - шепнул в мое ухо ветер.
Да! Мне сейчас нужен шторм, ураган, молнии и потоки дождя! Не могу поверить, что протянутые навстречу руки, умоляющий взгляд и вопрос: «Где ты?» мне привиделись в сонном бреду. Неужели я все это просто себе нафантазировала, привязавшись к одному из моих воплощений?
Ветер уже не шептал мне в уши, а выл, пытаясь скинуть меня со скалы. Я уперлась в камень когтями и наклонила голову. Горизонт разворачивал передо мной черное варево беснующихся туч, пронзаемых изнутри яркими багровыми всполохами. Сосны под моими ногами стонали, приникая гибкими стволами к нерушимым скалам. Раскаты грома слились в один непрекращающийся рокот. Ураган плотно обжимал наш маленький остров кипящим кольцом небесной ярости. Солнечный день на глазах угасал, подергиваясь темной мрачной пеленой. Молнии били в беснующийся пенный океан все ближе, прочерчивая пространство огромными блистающими ветвями.
Я, обернувшись, потянулась всем телом навстречу шквальному ветру, неожиданно бросившему в глаза водные брызги:
- Ветер, неистовый и отважный герой, пересекающий огромные океанские дали и не видящий на своем пути преград, крикни мне, где он? Где моя душа, моя половина, моя свобода и отвага?! Помнит ли он о той, что пришла в его сердце со звезд, раня и без того больную душу? Помнит ли, как стал тем, кто он сейчас? Дай мне его увидеть, могучий ветер! – выкрикнула я в лицо урагану.
И тотчас рядом с островом упала с небес ярчайшая молния, полностью меня ослепив. И в этих, струящихся по глазам, белых разводах, на мгновение я увидела высокий балкон, а на нем знакомую до каждой родинки фигуру. Он стоял, крепко схватив руками перила и подняв голову к быстро летящим облакам. Длинную косу резко дергал ветер. Сиреневые глаза смотрели вдаль, а губы что-то шептали.
- Где ты? – крикнула я в ослепляющий водоворот. – Жди, я иду к тебе!
Картинка начала меркнуть, возвращая глазам зрение, когда неожиданно он посмотрел на меня.
«Ты?!» - донеслось эхом сквозь грохот урагана.
Со скалы я спускалась под проливным дождем и грязевыми реками под лапами, но со странным покоем в душе и надеждой в сердце.
Сквозь шум неутихающей бури я неслышно открыла дверь избушки травника и, отряхнувшись на пороге, вошла в сени. Подкравшись к двери, я прислушалась к разговору внутри.
- Это не обсуждается, Файн! – проговорил тихим голосом Хелм. – Я обещал духу острова взять ее зверя с собой, к людям.
- Она же съест нас и не подавится! Да и какой капитан без клетки возьмет такое крупное животное на корабль?
Ученик немного помолчал, а потом спросил:
- Вы видели на острове живого воплощенного духа?
- Видел. – Буркнул маг. В комнате что-то забренчало, и забулькала вода.
- В женском обличье?
- Да.
- Красивая?
- Файн!
- Голая?
- Файн!!!
- Значит, голая и красивая!
Послышался звук упавшего предмета.
- И спросить уже нельзя. – Ученик помолчал и продолжил:
- А у вас с ней… было? – вкрадчиво поинтересовался любопытный молодой человек.
- Увидишь духа, спросишь.
- А я, когда подъезжал к острову, - в голосе ученика послышались мечтательные нотки, - видел на скале женщину с длинными темными волосами. Они так красиво развевались по ветру! Потом она исчезла. Я думал – глюк. А, оказывается, это дух!
- Хватит языком молоть. Собирай травы по мешочкам. Да не перепутай, там на них я надписи сделал. Кстати, тут много редких и дорогих травок. Богатые дамочки притирания с руками рвать будут!
Я отошла от двери и обратилась в человека. Постояв минуту, снова вернулась в кошачье обличье. Превращения удавались все проще и проще. Видимо, ипостаси притерлись и подстроились к энергетике этого мира. Мех снова стал сухим и блестящей шубкой нежно обнял мои плечи.
Я поскреблась в дверь, как полагалось хорошей домашней и благовоспитанной кошечке.
Дверь резко открылась. Передо мной стоял Хелм. Без бороды.
Я обошла его, рассматривая изменившийся облик. Ученик в глубине комнаты встал на лавку и прикинулся фикусом. По-моему, даже дышать перестал.
- Ну, как я выгляжу? – Серьезно спросил травник.
Я одобрительно мотнула головой. Действительно, без жуткой мочальной бороды он смотрелся вполне привлекательным мужчиной лет сорока с небольшим. Добрые серые глаза, толстый нос и пухлые губы выдавали в нем любителя хорошо покушать, а при случае и отменно повеселиться. А волосы с проседью на голове только добавляли внешности солидности и располагали к доверию. Так что заинтересовать собой женщину, жениться на ней и завести детей этот мужчина еще вполне мог.
Уставший стоять в одной позе ученик легонько скрипнул лавкой. Я тут же повернула голову в его сторону и показала кончики клыков. Он сразу вспотел и начал снова закатывать глаза. Но травник вовремя заметил мою проказу и рявкнул, заглушая раскаты грома за окном:
- Не позорься перед дамой, Файн!
Тот в обморок падать передумал, но все-таки спросил:
- Она точно не кусается?
Хелм тяжело вздохнул и подошел к кухонному столу:
- Кушать будешь, девочка?
Я кивнула головой. Он открыл крышку кастрюли и перелил ее содержимое в большую миску. Поставил рядом со мной на пол:
- Вот, ешь!
От страданий аппетит становится только сильнее, поэтому, не церемонясь, я запустила в суп язык и зачавкала.
Файн слез с лавки и медленно подошел к нам. Я, не отрываясь от еды, скосила глаза.
А ничего парнишка, симпатичный. Видимо, сын зажиточного горожанина или бедного дворянина. Носик курносый, ясные голубые глаза, по лицу щедро рассыпаны конопушки. И молодой совсем. Интересно, когда он успел сделаться учеником этого изгнанного мага? А может, маги просто дольше остаются юными?
- Успокоился? – спросил ученика Хелм, когда я, обнюхав зажатую в кулак и трясущуюся руку, чихнула и опять залезла под кухонный стол.
- Да-а. – Криво улыбнулся Файн.
- Вот и замечательно. Теперь надо упаковать готовый запас мазей…
Дальнейшее я не слышала, постепенно уплывая в страну грез и сновидений.
Утро следующего дня выдалось ясным и тихим. Кроме нескольких сломанных и поваленных деревьев ничто не говорило о том, какой прошлой ночью здесь бушевал шторм. Ученик перетаскивал в бухточку мешки и коробки Учителя. Тот бодрой походкой спускался налегке.