Додумать не получилось, потому что, наконец, появилась Гуля.
Вошла и застыла, смущенно потупив глаза.
Алексей чуть рот не раскрыл от изумления.
Короткая жакетка с рукавами буф, длинная юбка, перчатки до локтя, из-под подола выглядывают шнурованные ботиночки, волосы собраны в аккуратную прическу и маленькая шляпка с вуалеткой. Одежда не новая и старомодная, чувствовалось, что она перешита, но, несмотря на скромность одеяния, Гуля выглядела донельзя миленько и превратилась из пацанки в настоящую юную даму. И полностью преобразилась в европейку.
— Не нравится? — тихо поинтересовалась девушка. — Совсем?
Позади Гули появилась Татьяна Владимировна и показала Алексею внушительный кулак.
— Очень нравится, — быстро и честно признался Алексей, неловко встал, едва не запутавшись в шашке, слегка поклонился и изогнул руку. — Идем что ли?
Весь его опыт общения с девушками опять куда-то исчез, играть ничего не пришлось.
— Я хотела сначала одеться по-нашему, как местные девушки одеваются, — тараторила Гуля по пути. — Но потом передумала. Люди плохо будет думать. Не любят вас, потому что люди темные, а девушек что с вашими общаются, считают гулящими. Но пусть, потом умные станут. Тебе нравится, как я выгляжу? Честно скажи! Но очень непривычно и неудобно… фу…
— Очень нравится, — опять признался Алексей. Сам он, бдительно следил за обстановкой вокруг, потому что прекрасно понимал — город чужой, а большая часть людей — потенциальные враги, даже если улыбаются тебе в лицо.
Сам Коканд, особенно на фоне прямо витающей в воздухе угрозы, Алексею не очень понравился, хотя — это уже был настоящий город, а не мелкий поселок. В нем удивительным образом перемешалось средневековая азиатская и современная европейская культура. Каменные здания, вывески на русском языке и машины, органично соседствовали с глинобитными домами, узкими улочками, запряженными ишаками двуколками, закутанными с ног до головы женщинами и мужчинами в чалмах.
В воздухе витал гулкий шум и сложная смесь ароматов пряностей, еды и фруктом, смешанная со смрадом нечистот и гнили. На Алексея с Гульнарой никто кроме торговцев не обращал внимания, да и торговцы почти сразу почему-то отставали.
— Что с тобой? — Гуля вдруг дернула Лешку за рукав. — Что с твоим лицом, азизим? — она прыснула. — Словно ты убить кого-то хочешь. И убери руку с сабли. Ей, очнись…
— Да? — Алексей удивился, а потом сообразил, что автоматически корчит зверскую рожу и тоже рассмеялся. — Все, не буду, не буду. Просто мне кажется, что все вокруг хотят нас убить.
— Многие хотят, — серьезно ответила Гуля, — а многие просто ждут, чем все закончится, чтобы выбрать сторону победителя. Тех, кто сразу принял новую власть, очень не любят. Люди привыкли жить по-старому, новое их очень пугает. Когда сидишь долго в темноте, не сразу к свету привыкаешь. Вот у меня тетя, она очень хорошая женщина и меня очень любит, но муж у нее… как бы это сказать… он очень хитрый и злой. Маму мою ненавидел, за то, что за русского вышла. Боюсь, он нам не рад будет. Но ничего не скажет, потому что хитрый и умный…
Впереди послышалась какая-то непонятная какофония, лишь слегка похожая на музыку, а потом показалась странная процессия. Мужчины в национальных одеждах дули в длинные трубы и били в барабаны с бубнами, а среди них прыгали и кривлялись клоуны в обшитых цветными ленточками нарядах и остроконечных шапках. Народ встречал процессию смехом и приветственными криками, а мальчишки бежали рядом.
— Это масхаробозы, шуты, шуты, народ их очень любит… — шепнула Гуля.
Но Алексей пропустил ее слова, потому что поймал на себе пристальный взгляд одного из шутов. Заполненный дикой ненавистью взгляд, такой, что сразу заставил Лексу положить руку на кобуру.
Впрочем, шут сразу отвернулся, а процессия быстро удалилась, но легче Лешке не стало — чувство неминуемой опасности не переставало брезжить мозги.
— Идем быстрей, — Алексей взял за руку Гулю и потащил в переулок. — Что-то не по себе мне…
— Хорошо, хорошо, — закивала она. — Ты и правда бледный весь. Плохо себя чувствуешь?
— Не обращай внимания, — Алексей с трудом улыбнулся. — Просто… переживаю за тебя…
Неожиданно послышался приближающийся громкий треск, очень похожий на работу мотоциклетного движка, а через несколько секунд прямо над крышами домов пронесся биплан. Какой-то угловатый и хлипкий, похожий на летающую этажерку, но это был настоящий самолет, с красными звездами на крыльях и хвосте.