Но хотя бы этот огонь не был столь точен, как обычно у французских батарей! По крайней мере на какое-то время пелена дождя вовсе скрыла «Ариэль» и артиллеристы палили наугад.
Вперёд, с осторожностью вперёд. Джек начинал вспоминать детали этой бухты. По правому траверзу была скала, где они ловили морских петухов, а на скуле скопление островков, где с отливом можно найти раков — сейчас там видны лишь белые буруны. Он намеревался пройти в брешь во внутреннем рифе, которой пользовались рыбаки: последующий сизигийный прилив*16] будет чрезвычайно стремительным.
Капитан на мгновенье придержал корабль, чтобы ощутить его силу. Голос лотового превратился в вопль: «Ровно три, ровно три!». «Ариэль» ударило подошвой волны, основательный треск сотряс корпус от штевня до штевня. Потом корабль потихоньку пошёл, лотовый закричал: «Ровно пять, ровно пять, больше шести, шесть с половиной». Длинный тёмный фальшкиль мелькнул в пене по левому борту, вздымаясь и поворачиваясь, пока корабль протискивался сквозь прореху к берегу в отдалении. Гриммонд поспешил вниз.— Шевелись! Шевелись! — закричал Джек. — Меряй глубину прямо по курсу!
— Есть, сэр! — ответил лотовый и прежде чем закинуть его в море, раскрутил длинный и тяжёлый лот по ещё большей окружности.
Теперь они оказались недосягаемы для батареи, и вот-вот должны были выйти из-под защиты внешнего рифа. Выступающий мыс на юге был той точкой, которую нужно было обойти, чтобы попасть в убежище, безопасную бухту Дуарнене. Добравшись до него, остальное будет уже не сложно, но конечно же достичь его можно было только пойдя в бейдевинд левого борта и по мере приближения к нужному месту становилось всё очевидней, что место начала поворота должно находиться гораздо дальше, ближе к Тэтчеру. У самой скалы этот манёвр совершить было нельзя. А значит, что пространства для манёвра не осталось даже с большой натяжкой: места едва хватало для смены галса с отданным якорем, весьма рискованным манёвром и при лучшей погоде, сейчас же вовсе придётся рассчитать всё до ярда. При таком ветре и неспокойном море, посреди всех этих скал, малейшая ошибка окажется фатальной. Сам Тэтчер был уже недалеко.
— Внизу всё в порядке, сэр, — сказал вернувшийся из трюма штурман. — Пара футов в форпике, не больше.
Джек кивнул. В обычное время для столь крепкого судна такой уровень был далеко не в порядке вещей, но сейчас это не имело значения.
— Мистер Хайд, — сказал он, — я собираюсь отдать якорь и сменить галс когда мы подойдём к тем высоким чёрным и белым скалам. Пусть отдадут швартов, а матросы с топорами стоят наготове. — Затем, охрипшим от криков голосом, чтобы перекричать непогоду, заорал. — Ариэльцы! Мы собираемся повернуть оверштаг, отдать якорь и сменить галс, когда подойдём к Тэтчеру. Каждый должен выполнять распоряжения командиров без промедления и с божьей помощью мы с наветра обойдём этот мыс и отправимся под защиту бухты Дуарнене. Одна ошибка — и мы разобьёмся о камни. Ничего не делать без приказа, но получив приказ — выполнять без промедления.
Люди кивали, очень хмурые, но вполне уверенные в себе. Джек к собственному удовольствию заметил, что никто не отправился к запасам спирта.
Теперь корабль вышел из-под защиты рифа и ощутил полную силу штормового моря: с текущей скоростью — а паруса убирать было нельзя — до Тэтчера было пять минут ходу, может быть четыре, по всему борту белая от пены вода вздымалась грандиозными, внушающими ужас, громадными фонтанами.
— Что за манёвр задумал капитан? — спросил Ягелло, вцепившись в поручни рядом со Стивеном.
— Он намерен отдать якорь, остановить движение судна повернувшись носом к ветру, перерубить канат и уйти в другом направлении, прямиком в открытое море, и обогнуть тот мыс.
— Скала очень близко.
— Лотовый говорит, что глубина достаточная, слышите?
— Привестись! — закричал Джек, не отрывая глаз от Тэтчера и дрейфующих водорослей. — Поднять стаксели. — И пять секунд спустя: — Отдать якорь.Тут же бушприт повернулся, указывая точно в ревущую бурю, огромные волны пытались снести судно под ветер.
— Поднять грот... тянуть изо всех сил. Руби!
Блеснуло лезвие топора, перерубая трос. Судно почти обогнуло скалу, находясь в критической точке, когда удивительным образом пошло назад, точно к Тэтчеру.
— Лот с кормы! — закричал Джек лотовому, перегнувшись через поручни квартердека, чтобы поймать нужный момент, тот самый, когда величайшая из возможных движущих сил, подчинившись повороту руля, направило бы судно в правильную сторону. Лотовый повернулся, размахнувшись изо всех сил. Лотлинь зацепился за фал флага, отлетел в сторону палубы и сбил Джека с ног.