— Нет! — мой вопль заставил рыба ретироваться на прежнее место. — Простите мне мою импульсивность, и поймите, что ни демона, ни зелена я не отпущу. За последние несколько дней я была трижды похищена и чуть не отравлена! — если чуток подправить все произошедшее, то приблизительно так оно и было. — Моей жизни неоднократно угрожала опасность и лишь в связке со своими помощниками я выплывала…
Тяжелый вздох, и со стороны Вести слышится мысленное: «Ну, ты даешь…»
«Это еще не все» — отчеканила я и шагнула к Императору.
— Вы не поверите, но прежде чем уснуть, наш Донато превратился в дырявое желтое создание с черными ластами и жуткими глазами! Я так боюсь, я теперь всего боюсь и никому не верю, — всхлипнула я, — да будь проклят…!
Далее не продолжила, но зато с удивлением и толикой довольства проследила как Стук, Ган и вся их свита ловцов, в мгновение ока оказались за дверьми, которые с грохотом захлопнулись.
— И что, им это поможет?
— Нет, но суеверие у них распространено.
— Хм… Еще одна Ахиллесова пята?
— Можно и так сказать, — согласился демон.
— Галя! Послышалось из-за двери, жду вас в зале переговоров, вас проводит Жакоромородот Аньясси.
— Зашибись! Давайте его сюда.
— Я здесь, Великолепная, — прошептал объявившийся рядом слизень и приветственно стукнул глазками на ножках.
— Класс! Подбросите, чтобы быстрее получилось добраться.
— А вы «Аааааа» визжать не будете?
— Я нет. Правда, не знаю, как парни, — ну и кивнула в сторону своих сопровождающих.
— А мы доплывем! — в голос ответили зелен с демоном, и мне осталось лишь пожать плечами и занять место на спине Жакоромородота. — Эх! Коль летать — так с музыкой. Поползли!
Дала я команду, и мое счастливое и восторженное «Ииииииии…!» эхом разнеслось по дворцу Ган Гаяши.
— Великолепная, вы же дали слово? — чуть не всхлипнул остановившийся слизень.
— Простите, я думала вас мое «Аааа» не устраивает, а не сам факт визга, но поверьте, это самый высший балл ваших способностей, уважаемый Аньясси, — попыталась я загладить свою вину. — Благодарю за то, что подвезли.
— Был рад оказать вам свою помощь, — откликнулся слизень и растворился в синей воде коридора, не оставив после себя ни следа, ни свистящего звука, ни водного шевеления.
Я свободнее вздохнула, узнав место — небольшую площадку перед белым залом, который украшают костяные ребра, идущие от периферии в центр. Толкнув двери, прошла на площадку перед черным камнем. Что примечательно, библиотека осталась в том же помещении с черным камнем, но все полки покрыты тонкой сеткой коралловых плетений. Видимо, после происшествия с Тио Стуком они решили обезопасить себя хоть так. В зале я оказалась первой, но не единственной. Там работали специалисты по внешней связи — худые рыбы с серебристым окрасом чешуи и белыми тройными полосами вдоль боков. Один из них застыл в отдалении и с поклоном поинтересовался:
— Чего желает Галя Великолепная?
Кажется, мне этот мир нравится все больше и больше. Улыбка стала от уха до уха, и я с толикой благородного превосходства расправила плечи и всего лишь чуточку приосанилась, так что в позвоночнике послышался треск. Плевать, что этот рыб явно старше, может иронизировать или даже хамить таким вот изречением, и уж тем более в мои передряги ни разу не попадал ввиду ума, но все же, как приятно почувствовать себя уникальной и великолепной.
— Желаю переговорить с Темным Повелителем правителем Аида. Соедините нас.
— Одно мгновение. — Он отдал распоряжение своим помощникам, и на черном камне тут же проступила знакомая гравировка с Люциусом в глупом наряде. Изображение засияло, и не более чем через десять секунд с миром Аид произошло соединение. Узрев картину по ту сторону, я шепотом попросила всех рыб удалиться.
Ранее я и не предполагала, что мой шепот может быть таким громким, но стоило лишь произнести: «Спасибо, вы свободны и двери за собой прикройте», как дьякол, стоящий ко мне спиной и страстно сжимающий неизвестную в руках, резко обернулся и натурально выругался моим же именем.
— Галя! — далее его рука, метнулась к губам и стерла остатки помады, — что стряслось?
Мне оставалось лишь хмыкнуть, в какой бы засаде мы ни были, у Темнейшего любовь все равно крутится и на месте не стоит.
— Нда, давно не виделись… Ты у Татиха вашего о проклятиях спросил? — ухмыльнулась я, глядя на демонессу, подмигнувшую мне из-за плеча Люциуса. — Привет, Олимпия!