— А вы знаете, ведь мы с Алиной давно знакомы, — совершенно для меня неожиданно начал Соколов.
Я с перепугу подавилась яблочным соком.
— Ну что же ты, – его рука мягко коснулась моей спины. — Осторожнее надо.
— Знакомы? – переспросила Мила. — Ну, тогда это многое объясняет. Откуда вы друг друга знаете?
Я посмотрела на Соколова со всей строгостью. Пусть только попробует всё рассказать! «Вы знаете, я дразнил Алину Пончиком на протяжении одиннадцати лет! Забавно, правда?».
Пусть только попробует сказать что-то в этом роде!
— Мы с Алиной учились в одной школе…
— Но не общались, — перебила его я. — Ничего особенного.
— Ну да, — загадочно протянул Андрей. — Точно.
— Хватит уже у о нас. Давайте лучше о молодожёнах! — решила перевести тему я. — Ещё раз поздравляю!
Завязался вполне себе нейтральный разговор. Обсуждали будущий медовый месяц Жени и Милы. Я, конечно, была напряжена. Всё боялась, что Андрей либо примется вспоминать школьные деньки, либо скажет что-то про вчерашнюю ночь.
Мне пока совсем не хотелось афишировать ни то, ни другое. Ведь я ничего не помню, а это значит, что про нашу ночь он может такого напридумывать, что волосы дыбом встанут.
И я всё ещё не готова поверить в то, что мы переспали. Я была пьяна, но не настолько же!
Когда я выпью, то ничего не помню, но это не значит, что я превращаюсь в безвольную. Если бы я не захотела, то ничего бы между нами не произошло, а я бы точно не захотела, так что вывод очевиден.
Не вписывается в эту картину тот факт, что мы проснулись голыми в одной постели, но это детали.
— Я отойду, — объявил Соколов, поднялся и направился в сторону туалетов.
Я досчитала до десяти и решительно поднялась следом.
— Ты куда? — удивилась Мила.
— Как куда? Попудрить носик. Я быстро.
Еле сдерживая себя от бега, я направилась к туалетам. Соколов с кем-то разговаривал по телефону в паре шагов от мужской комнаты, что было просто прекрасно. Воспользовавшись эффектом неожиданности, я схватила его за руку и затащила в другую дверь с женским значком.
— С ума сошла?! — возмутился он.
Я решительно повернула замок, оказываясь в тесной туалетной кабинке наедине с Соколовым.
Глупый поступок! Тут даже развернуться негде. Какой же дурацкий ресторан, за что такие деньги?
Губы Соколова растянулись в многозначительной улыбке:
— Что, прямо здесь?
Мне захотелось его ударить. Сильно захотелось. Чудом сдержалась.
— Только попробуй рассказать хоть кому-то о нашем прошлом!
— О чём конкретно? О школьных днях? Или о вчерашней ночи?
— Забудь и то, и другое! Я предупреждаю тебя, Соколов, лучше не выводи меня из себя!
Тяжеловато ругаться с человеком, к которому приходится плотно прижиматься. У Соколова — горячее, твёрдое тело и обалденный парфюм. Он вырос в мужчину моей мечты. Внешне, конечно. С его внутренним миром и так всё понятно.
— Алина, когда ты так злишься, это даже заводит…
— Я сейчас…. да я…. — я закипала.
— Ладно, расслабься. Я никому не скажу, — рассмеялся он. — Теперь можем идти? Не то чтобы я не хотел задержаться тут с тобой, — многозначительный взгляд, — но Женя с Милой не поймут.
— Стой, — ухватила его за рукав я. Заставила себя сделать глубокий вдох. — Андрей, слушай… Между нами что-то было вчера?
— Так ты не помнишь?
— Просто ответь!
— Как? Ты только что велела мне забыть. Я и забыл.
— Ты невыносим! — с этими словами я решительно открыла дверь, чтобы выйти наружу.
И столкнулась лицом к лицу с офигевшей Милой.
— Алина? Андрей?!
— Это вот вообще не то, что ты подумала! — воскликнула я.
Да что ж такое-то!
Глава 7
Моя сестра решила, что я сошла с ума. Изголодалась по мужчинам, вот и набрасываюсь на брата её мужа сначала на свадьбе, а потом в туалете ресторана. Пришлось ей всё рассказать.
— Повтори, — медленно попросила Мила.
Мы с ней сидели в моей квартире. Я очень горжусь своей квартиркой, поэтому постоянно кого-нибудь сюда приглашаю. Интерьер, мебель, каждая ложечка и даже тот милый половик у двери — всё это подобрано лично мной.
Я как раз купила новый диван: мягчайшее светло-розовое облако. Вообще-то, я пригласила Милу, чтобы она им восхитилась, но та потребовала объяснений моему неадекватному поведению.
Так что теперь на облаке восседала хмурая, озадаченная тучка в лице моей сестры.
— Что тут непонятного? Я понятия не имею, было ли что-то между нами или нет в день твоей свадьбы.