коричневатый рой мелких частиц. Мужчины больше не существует. Его одежда, по какой-то
не ведомой тебе иронии, целехонькая опадает на асфальт. А образовавшаяся туча безумных
молекул, на секунду зависнув в воздухе, еще раз взрывается – на невероятной скорости все
частицы разлетаются в стороны, ладно сливаясь с окружающими предметами: зданиями,
машинами, столбами, людьми, бездомной кошкой, всем-всем, даже с тобой. Окружающие
предметы, как и прежде, остаются к происшествию безучастными. Вторжение в твое тело
инородных частиц проходит безболезненно.
- Почему вы не садитесь в машину? – слышишь ты сквозь шок настороженный голос
Адель. Напротив тебя возникает ее лицо.
Опомнившись, ты хрипишь:
- Разве вы не заметили? Там, - указываешь на противоположную сторону улицы, - там…
человек…
Девушка недоверчиво оглядывается.
- Похоже, кому-то стало плохо, - говорит она.
- Плохо?!
Ты снова переводишь взгляд на то место, где произошел взрыв, и тут же понимаешь, о
чем говорит Адель. Неужели тебе показалось? Распавшийся мужчина, целый и невредимый,
лежит на тротуаре – он не двигается, руки широко раскинуты. К бездыханному телу
подбегают люди, кто-то истерично умоляет вызвать «скорую помощь», кто-то говорит
«пьяный».
- Наверное, он лишился чувств, - предполагает Адель. – Давайте перетащим его в машину
и отвезем в больницу?
Девушка ждет твоего ответа. Посмотрев на упавшего человека еще несколько секунд
(сквозь образовавшуюся толпу зевак теперь видны только его ноги и бледная кисть руки), ты
переводишь взгляд на Адель и говоришь:
77
- Нет. Уже слишком поздно. Едем, куда вы собирались.
Тебе лучше, чем кому бы то ни было, известно, что мужчина этот абсолютно мертв.
Презентация «кое-чего необыкновенного» проходит на закрытой воинской территории в
часе езды от Вышнего по направлению к Москве. Много десятилетий эта лесистая область
оставалась запретной зоной для штатских, какого рода исследования или разработки
проводятся здесь, до сих пор остается неизвестным.
Одутловатый Крайслер Адель подкатывает к воротам с алыми звездами, и еще
пятнадцать минут приходится тратить на разговоры с охраной. Выясняется, что большая
часть территории воинской части по-прежнему закрыта для свободного посещения – вашу
машину до нужного места будет сопровождать мотоциклетный эскорт. Адель показывает
приглашение, имя сверяется со списком (твое было внесено заранее), по рации делается
запрос на подтверждение информации, и только после этого вам дают «зеленый свет».
Солнце уже зашло. С включенными фарами автомобиль медленно продвигается по узкой
асфальтированной дороге (мотоциклист спереди показывает направление, а тот, что сзади, –
препятствует смене маршрута), однако эти предосторожности излишни – ни ты, ни Адель,
кроме дремучего, негостеприимного леса, ничего вокруг себя не замечаете.
- В детстве мы с братом мечтали пробраться сюда, чтобы найти какой-то клад или
захоронение, не помню точно, но так никогда и не решились – больно уж лес жуткий, -
Адель вглядывается в темноту и зевает с закрытым ртом, потом добавляет:
- Будем надеяться, все это устроено не ради отстрела столичного бомонда.
Мотоциклист, находящийся перед вами, взмахивает правой рукой и съезжает на обочину,
прямо в лес, вы следуете за ним и обнаруживаете еще более узкую дорогу, прокатанную в
снегу. Некоторое время Крайслер вихляете по лесу, жалобно напоминая о своей низкой
посадке, и скоро Адель восклицает:
- Смотрите! Там огоньки. Наконец-то хоть какое-то подобие светской вечеринки.
Выезжаете из леса на просторный луг, где уже стоят пятнадцать-двадцать машин,
припарковываетесь. Наконец-то свежий воздух. Снег вокруг плотно утрамбован. В дальнем
конце луга, освещенного факелами, виднеется подобие трибуны, сразу за ней установлены
гигантские прожекторы (они направлены в сторону неестественно темного леса и пока
выключены), перед пустующей трибуной расставлены складные стулья для гостей.
Несколько поодаль виднеется фуршетный стол. Приглашенная публика болтает и гуляет,
некоторые уже сидят, слышны веселые разговоры, дамский смех и шипение военных раций.
Между гостями то и дело снуют мальчики-официанты в модных свитерах с альпийскими
узорами, – они разносят на подносах стопки водки и теплые пледы для желающих.