один жилец (кроме хозяина, разумеется), которому известны ответы на все местные загадки?
89
Стоило лишь мне сделать несколько шагов по стене Дома, как вентиляционный люк с
гармоничным лязгом закрылся – на этот раз сеанс «продува» длился не больше двух минут.
Неуверенности и страха во мне не было, но я прекрасно знал, что оказался заперт вне Дома.
Я вышел из Дома впервые за все время моего существования и допустил это грубейшее
нарушение правил ради жизненно важного дела, которое, увы, в любой момент могло
обернуться всего-то моим пустым капризом. Но уже в одних своих намерениях я зашел
слишком далеко, чтобы останавливаться. Вертикальные стены Дома одновременно являлись
горизонтальными плоскостями и сферической поверхностью (эффект, который объясняется
специфическим месторасположением здания), так что без особых усилий я просто двинулся
вперед или, если угодно, вверх.
К своему путешествию я тщательно подготовился, выучив наизусть обозначения всех
этажей, подуровней и уровней между Ц87 и Г26, и теперь от меня требовалась только
абсолютная концентрация сознания, чтобы не сбиться со счета. Вскоре, правда, выяснилось,
что с внешней стороны Дома все люки помечены своим порядковым числом или буквой. Это
говорило сразу о двух вещах: я не заблужусь и я, по всей видимости, единственный студент,
которому отныне известно, что вентиляционные люки используются не только для
«продува», но и для каких-то внешних контактов. Обозначения, скорее всего, служат для
того, чтобы кто-то или что-то могло подсоединиться к Дому извне, проникнуть в него по
договоренности. Но в таком случае, зачем нас убеждают, что Дом – это микрочастица в
вакууме?
Пометы на люках этажей не заставили меня отказаться от изначального плана.
Продвигаясь все дальше и дальше, я по-прежнему вел собственный отсчет, мужественно
удерживая состояние глубокой сосредоточенности, и через некоторое время, по сути, вошел
в транс. Концентрация химической субстанции вне Дома была чрезвычайно высока, она бы
парализовала меня, находись я в обычном состоянии, и даже если я драматизировал
ситуацию, от дополнительной подстраховки отказываться не стоило. До Уровня Г26 мне
пришлось идти очень-очень долго, но, чтобы не наскучить тебе, я лучше опущу эту крайне
монотонную часть описания похода. Замечу лишь, что кругом всегда было очень живописно,
хотя, на мой вкус, и слегка мутновато. А скучать мне не давали столбики пузырьков, лениво
вырывавшиеся иногда из пазов стены.
Когда я наконец достиг семьдесят четвертого люка Уровня Г26, мне пришлось еще
немного подождать очередного запуска механизма вентиляции, и, как только Дом
«открылся», я юркнул в шахту. Начинался самый сложный этап. Прежде всего, я не мог
свободно забраться в рубку, даже приняв вещество, – работник на контроле непременно
обратил бы внимание, что кто-то открыл проход в вентиляционную шахту, а на этом уровне
я тем более не являлся желанным гостем. Между тем процесс втягивания субстанции в Дом
начинался примерно через полминуты после вскрытия люков, и меня банально могло
утянуть в недра здания (о смертоносных лопастях вентилятора умалчиваю). Окончательное
стратегическое решение я должен был принять за кротчайший промежуток времени:
предстояло либо брать рубку штурмом и импровизировать, либо отступать в последнюю
секунду и отсиживаться на стене до нового «продува».
Дом, как ни странно, играл на моей стороне и заготовил приятную неожиданность, –
рубка пустовала, в чем я убедился, оглядев помещение сквозь прозрачную дверцу. Не медля,
проник обратно в здание, принял новую порцию смеси и осторожно выглянул в коридор.
Молва оказалась права – и на Уровне Г оформление этажа абсолютно соответствовало
дизайну нижних коридоров, то есть получалось, что в любом месте Дома ты чувствовал себя
как дома, и я, действительно, только сейчас осознал со всей отчетливостью, как все-таки
тоскливо, одиноко и тяжело мне было снаружи. И я бы, разумеется, никогда не справился с
этим испытанием, если бы смесь из примитивных спор так ладно не загустила мои реакции.
Сюрпризы тем временем продолжались. Коридор Главного Субстанционального Хранилища
также пустовал. Тут не звучала музыка и не чувствовалось никаких запахов.
90
Передвигаясь, как можно тише и незаметнее, я начал поиск лаборатории №19. Она