Олег понимал, что разговор будет трудным для обоих. Он очень сильно ранил чувства Насти, он причинил ей боль. Теперь она сама вправе оттолкнуть его, вправе не поверить. Но он намеревался сделать все возможное, готов был молить о прощении, молить еще об одном шансе — лишь бы вернуть ее, лишь бы иметь возможность любить: всей душой и всем сердцем. Тем самым сердцем, которое Настя вернула к жизни.
Олег приехал в город поздно вечером. Сверившись с адресом, который ему продиктовала Настина мама и, забив его в навигатор, он нашел нужную гостиницу и отправился внутрь, чтобы узнать остановилась ли Настя там и в каком номере. Получив нужную информацию, он направился в указанный ему номер.
***
Как она сдержалась там в кабинете, Настя до сих пор недоумевала. Гордо хлопнув за собой дверью, она с достоинством ушла в свой кабинет. Но вот стоило только прикрыть за собой дверь, как непрошенные слезы сами собой покатились из глаз. Стоило ли сейчас так раскрывать свою душе перед тем, кому это даже и не нужно? Стоило ли так отчаянно пытаться докричаться до его сердца. Есть ли вообще у него это сердце?
Она села за стол и быстро написала заявление о предоставлении отпуска с последующим уходом. Хватит унижений, хватит боли. Если она ему не нужна, то и он ей не будет нужен. Главное только не видеть больше. А сердце… Сердце поболит и забудет. Жизнь на этом не останавливается.
Не став дожидаться окончания рабочего дня, Настя уехала домой, попросив передать секретаря заявление на подпись Русецкому.
Но на полпути домой она решила поехать к родителям. Может папу дома она не застанет, но вот мама сегодня точно будет дома — сегодня у нее выходной. Мария сразу же заметила, что с дочерью что-то не то.
— Настюш, что случилось?
— Мам, я уволилась, — Настя плюхнулась на тумбу для обуви и невидящим взором уперлась в ковер.
— Погоди, как уволилась? — не поняла женщина. — Почему?
— Все мам, не могу больше работать с ним. Не могу… Устала от его бездушности. — Слез не было. Била только опустошенность. Щемящая опустошенность, от которой все внутри переворачивалось.
— Ты поругалась с Олегом? — догадалась, наконец, Мария.
Настя ухмыльнулась и тут же ее лицо снова приняло отстраненное выражение.
— Мы не ругались. Просто я снова призналась ему, что люблю, а он снова меня отверг. Он не хочет мне верить. А я так больше не могу. — Настя с мольбой взглянула на маму. — Понимаешь, я больше не могу… Он меня отталкивает, но и от себя не отпускает. — Настя помотала головой. — Надоело. Больше не хочу так мучиться. Я забуду его и продолжу жить без мыслей о нем. Я смогу.
Мария недоверчиво покачала головой, подумав про себя: «Кого ты обманываешь?», а затем произнесла:
— Настя, ты пойми, решительной настойчивостью тут ничего не решить. Нужно терпение…
— Мам, я не ты — нету у меня терпения. Так будет лучше, я все решила.
— Ну-ну, — только и ответила женщина.
За чашкой кофе Мария с Настей обсуждали, как отдыхает Эля — Настя каждый день связывалась с ней по скайпу. И неожиданно Мария вспомнила:
— Ой, мы же совсем забыли, послезавтра Ира из Гродно замуж выходит. Нужно не забыть ее поздравить!
Ира была дочерью школьной подруги Марии. Когда-то в детстве Настя и Ира дружили, и если Настя приезжала в Белоруссию к родственникам (а Мария была родом из Гродно), то девочки всегда вместе проводили время. Из-за большой загруженности на работе Настя не могла поехать на свадьбу подруги детства, о чем сильно жалела. Но сейчас она подумала, что раз уж она свободна, то грешно было бы не поехать. Тем более ей необходимо было сменить обстановку и немного отвлечься.
— Мам, поеду-ка я пожалуй к Ирке на свадьбу. Она меня на днях опять приглашала, когда звонила свериться по количеству приглашенных гостей.
— Ну поезжай. А работа как?
— Так я ж отпуск на две недели взяла с последующим увольнением. С завтрашнего дня я свободна.
Настя сверилась с часами — у нее еще было как минимум три часа до отправления поезда, поэтому не тратя времени на лишние сборы, она просто взяла свою сумочку, где лежали ее документы, и переодевшись в хранившиеся в родительском доме удобные джинсы и свитер, поехала на вокзал. Черт с ними — вещами. Деньги у нее в кошельке лежат. На крайний случай есть кредитка, а значит все необходимое — от платья и обуви до нижнего белья — можно купить и в Гродно.